Сводка за 13–17 июля 2026 года (до 10:00 UTC+3)
Отставка министра обороны Украины
Главной новостью недели стала отставка министра обороны Украины Михаила Фёдорова. Формально это не снятие с должности: после отставки премьер-министра Юлии Свириденко автоматически был распущен весь кабинет министров, и Фёдоров не получил приглашение в новый кабмин. Публично его уже обвинили в том, что он не смог провести реформу территориальных центров комплектования (ТЦК) и всей системы мобилизации — в последние недели как раз возросло число столкновений между гражданами и представителями ТЦК. Например, во Львове 8 июля произошёл локальный бунт против «бусификации», а 14 июля сотрудники ТЦК при попытке задержания мужчины напали на женщину.
Важно отметить, что ТЦК не подконтрольны министру обороны, они напрямую подчиняются Сухопутным войскам и главкому Александру Сырскому. Об этом также заявили аналитики Tatarigami из Frontelligence Insight и Роб Ли. Проблемы украинской мобилизации связаны не столько с отдельными высокопоставленными должностными лицами, сколько с функционированием всей системы. Они настолько масштабны и глубоко укоренены, что их решение невозможно без реформирования самой системы — даже в максимально ускоренном режиме уложиться в несколько месяцев не представляется возможным. Более реалистичным кажется проведение реформы в течение года или более.
В то же время, как сообщают источники, требование разобраться с ТЦК до осени вызвано предположением о том, что в конце сентября Путин может объявить всеобщую мобилизацию. Мы по-прежнему не видим причин, по которым руководство РФ решилось бы на такой шаг. Официальные доклады о ситуации на линии фронта показывают продвижение ВС РФ на всех направлениях, хоть и довольно медленное. Обрушение фронта, как в начале сентября 2022 года, пока представить сложно, а украинские контрнаступательные действия на данный момент носят локальный характер.
Отставка Фёдорова вызвала протесты в Украине. На их фоне экс-министр провёл пресс-конференцию, рассказал о своих достижениях на этом посту, прокомментировал причины отставки и перечислил 11 проблем украинской армии. По его словам, придя в Минобороны, он увидел, что никто ни за что не отвечает, командиров постоянно меняют, нелояльных изолируют, а большие проекты блокируют. Фёдоров тогда предложил уволить главкома Александра Сырского и начальника генштаба Андрея Гнатова, чтобы повысить эффективность ВСУ в войне с Россией. Зеленский отказался увольнять Сырского, в ответ на что Фёдоров сказал, что будет учиться работать с ним. По словам экс-министра, вместо работы над решением проблем ВСУ главком плёл интриги и в итоге поставил президенту ультиматум: «Я или он».
Зеленский заявил о своей уверенности, что Фёдоров останется в его команде. Фёдоров же рассказал, что ему предложили стать советником президента, но он отказался (по данным The Economist, Зеленский ему также предложил занять пост премьер-министра, но тот отказался — прим. CIT).
Когда Фёдоров только вступил в должность министра обороны в начале года, он представил довольно масштабные планы реформирования ведомства, включающие изменение организационной структуры армии, назначение командиров и их карьерный рост. Эти и другие вопросы напрямую затрагивают сферу интересов Сырского и выходят далеко за пределы обычных административных функций минобороны — закупок военной техники, в том числе беспилотников, обеспечения подразделений и военно-технического сотрудничества. Ещё тогда мы опасались, что это приведёт к прямому конфликту и возможной отставке министра, потому что договориться с Сырским по таким вопросам казалось крайне сложной задачей. В своём брифинге Фёдоров прямо признал, что Сырский действительно неохотно шёл на сотрудничество и реализацию реформ.
Среди указанных Фёдоровым проблем украинской армии отметим распределение снабжения между подразделениями по принципу лояльности Генштабу ВСУ и Сырскому лично. В связи с этим вспоминаются частые претензии к главкому по поводу его «личной гвардии» (штурмовых полков), которая всегда в первую очередь получала необходимое снабжение, пополнение и ротацию. Хотя команда Фёдорова анализировала потери, чтобы определить, какие подразделения наиболее остро нуждаются в личном составе и более рационально пополнять бригады, военные не учитывали эти расчёты. Любой системный проект сталкивался со сложным согласованием, длительным выяснением, зачем он нужен, и прочими проволочками. Так, проект по базовому обеспечению бригад дронами согласовывался целых четыре месяца.
Помимо прочего, Фёдоров отметил постоянную ложь в армии: его обвиняли в организации заказных расследований, направленных против Сырского, и выставляли в невыгодном свете. Высокопоставленные чиновники или журналисты часто бывают подвержены влиянию подобных слухов, вызывающих сильные эмоциональные реакции, и в результате принимают удобную версию событий без попытки критически её осмыслить и тщательно проверить источники.
Некоторые предложения Фёдорова выглядят особенно странно для министра обороны: он создал концепцию «дроново-штурмовых подразделений», в которых пехота должна применяться во вторую очередь, после того, как дроны более-менее зачистят позиции. Также он предложил внедрить доктрину, согласно которой нужно стараться в большей степени беречь личный состав и выравнивать линию фронта, отталкиваясь от рельефа местности и конкретной ситуации. Всё это, безусловно, является вторжением в зону ответственности главнокомандующего и естественно вызвало противодействие с его стороны.
Отставка Фёдорова привела к тому, что заместитель командующего Воздушными силами ВСУ Павел Елизаров (известный по беспилотному подразделению «Группа Лазаря») решил покинуть свой пост, причём он написал заявление на увольнение с военной службы вообще, а не только с должности замкомандующего. По его словам, теперь нет смысла продолжать военную службу. В момент назначения Елизарова замкомандующего ВС ВСУ западные эксперты отмечали его высокую квалификацию и богатый опыт. Теперь же украинская армия лишилась сразу двух профессионалов высокого класса.
Если рассматривать долгосрочные последствия отставки Фёдорова, в том числе потерю доверия к военному руководству со стороны общества, то в самом пессимистичном сценарии мы ожидаем не полного краха украинской обороны, а существенного замедления нынешнего тренда на линии фронта. При Фёдорове могла бы сложиться стабильная ситуация с ежемесячной потерей Россией захваченных территорий, когда ВСУ освобождают больше, чем ВС РФ захватывают. В базовом сценарии без Фёдорова показатели темпов наступления будут, как и в последние несколько месяцев, колебаться около нулевой отметки, то есть достичь стабильно отрицательных для РФ значений станет гораздо сложнее.
Кроме того, возможно, что отставка Фёдорова приведёт к замедлению поставок военной помощи от партнёров, поскольку в ряде случаев добиться благоприятного для Украины исхода удавалось лично Фёдорову, установившему хорошие отношения с союзниками (например, как в случае со «Старлинками»). В частности, может ухудшиться ситуация с закупками ракет PAC-3 для ЗРК Patriot, подписанием дроновых соглашений с европейскими странами, поставками артиллерии и бронетехники в ВСУ, а также организацией военного производства на территории стран-партнёров Украины. Именно связи Фёдорова давали ему преимущество по сравнению с другими возможными претендентами на пост министра обороны.
Сейчас обязанности министра обороны Украины Зеленский поручил исполнять руководителю Центра спецопераций «А» СБУ генерал-майору Евгению Хмаре. Это назначение, а также министра иностранных дел должна была утвердить Верховная рада, но депутаты ушли на каникулы до 18 августа. (Уже после записи сводки премьер-министр Корецкий объявил о назначении Хмары врио министра обороны, а Андрея Сибиги — врио министра иностранных дел — прим. CIT.)
Хмара — довольно уважаемый генерал, при нём была проведена операция «Паутина», однако боевые операции имеют мало общего с типичной деятельностью министра обороны — административной, бюрократической, хозяйственной или направленной на внешние взаимоотношения работой.
Z-сообщество восприняло отставку Фёдорова крайне положительно — пророссийские военблогеры понимают, что его реформы помогли ВСУ эффективно противостоять ВС РФ в последние месяцы.
Обстрелы и удары
В ответ на украинские удары по судам в Азовском и Чёрном морях ВС РФ атакует порты и суда в Одесской области. Опубликованы кадры поражения сухогруза, шедшего в порт Черноморск, и портовой инфраструктуры в Одесской области.
Издание Financial Times пишет, что атаки на порт Одессы привели к нарушению поставок и мировому росту цен на зерно. А агентство Reuters, ссылаясь на заявление Всеукраинской аграрной рады, сообщает, что Украина лишилась около трети мощностей по экспорту зерна из-за усиления российских ударов по её черноморским портам.
В прошлой сводке мы предполагали, что у Украины кончились противоракеты PAC-3. Возможно, недавно ВСУ получили новую партию: 11 июля из 6 баллистических ракет ни одна не была перехвачена, но вот 14 июля из 8 ракет перехвачены 5, а 16 июля из 8 ракет были сбиты 3. Вероятно, это очень небольшая партия, и Воздушные силы ВСУ пытаются «растянуть» её на максимальный срок, просчитывая траектории ракет и перехватывая только те, которые летят в наиболее важные цели.
Новый премьер-министр Украины Сергей Корецкий, выступая с трибуны Верховной рады перед своим назначением, подчеркнул, что эта зима может стать самой тяжёлой с начала полномасштабной войны. В прошлой сводке мы уже писали, что традиционно ко второй половине года Россия переключается на удары по объектам энергетического комплекса, газодобывающей и газораспределительной отраслей в попытках нарушить отопление, электро- и водоснабжение перед зимним сезоном и устроить гуманитарную катастрофу. Важно не совершать «ошибку выжившего» и не считать, что раз Украина выстояла в прошлые годы, несмотря на суровые зимы, то и в этом году как-нибудь «прорвётся». Российские ракетные удары (в т. ч. и баллистикой) по энергетической инфраструктуре имеют накопительный эффект, и с каждым разом ущерб будет всё сильнее.
Служба безопасности Украины опубликовала видео применения безэкипажных катеров по двум танкерам теневого флота России в Чёрном море. Сообщается, что во время атаки российская авиация пыталась сбивать морские дроны из пулемётов и с помощью авиабомб, но безуспешно. Между тем днём ранее МО РФ опубликовало подборку поражения БЭК «Ланцетами», авиабомбами и стрелковым вооружением. Необходимо понимать, что каждая из сторон публикует только выгодно выглядящие видео, опуская все остальные, поэтому для более полной картины нужно читать и смотреть разные источники.
Опубликовано видео, в котором украинский беспилотник американского производства Hornet ударил по бомбардировщику Су-24 на аэродроме Саки в Крыму. Судя по всему, это был списанный самолёт: у него отсутствовала часть фонаря кабины и часть киля. Важно отметить, что от позиций ВСУ в Херсонской области до аэродрома Саки почти 200 км, и нам неизвестно, каким образом дрон преодолел такое большое расстояние. Можно предположить, что использовались аэростаты, тем более что ранее мы видели сообщения о таких экспериментах.
Сергей «Флэш» Бескрестнов пишет, что ретрансляторы в Беларуси, вероятно, по-прежнему периодически используются в ходе налётов на Украину. По его словам, 15 июля при атаке по городу Малин в Житомирской области реактивный «шахед» пролетел вдоль границы с Беларусью, затем долетел до Коростеня над трассой, после чего развернулся и полетел прямо над железной дорогой в Малин, где атаковал АЗС. Такое поведение характерно для ручного управления БПЛА по камере. Расстояние от места атаки до границ РФ составляет 260 километров — это слишком далеко для работы прямого радиоканала, а других БПЛА, которые могли бы выступить ретранслятором, в это время в воздухе не было.
Согласно заявлению главы ЦРУ Джона Рэтклиффа на Пенсильванском саммите по обороне и инновациям, разведданные ведомства совпадают с некоторыми сообщениями из открытых источников о том, что на текущий момент средняя продолжительность жизни российского новобранца по прибытии на поле боя в Украине оценивается в 20–30 минут. В действительности источником этой информации было сообщение в анонимном телеграм-канале «Дом среди Лавров» на 5 тысяч подписчиков, авторы которого вспоминали некую статью, где якобы цитировалось независимое исследование. Позднее эту публикацию процитировало издание New York Post, откуда, видимо, ложные данные и попали к Рэтклиффу. Помимо сомнительности источника и общей неправдоподобности утверждения, непонятно даже, когда по мнению авторов начинается отсчёт этих минут.
Издание «Вёрстка» пишет, что волонтёры, занимающиеся доставкой гуманитарных грузов для российских военных в зону боевых действий, сообщили о сложностях с организацией поездок в связи с топливным кризисом. Это само по себе не говорит о начале повсеместных и существенных проблем у военных, хотя может приводить к локальным сложностям. Также Ян Матвеев опубликовал видео, в котором пограничники Крымского полуострова благодарят волонтёрскую организацию «Два майора» за помощь в приобретении средств для доставки топлива, и написал, что якобы волонтёры поставляют топливо военным. Подчеркнём, что, во-первых, в видео говорят о средствах доставки топлива, а не о самом топливе, а во-вторых, это не военные, а пограничники, которые не принимают непосредственного участия в действиях на линии фронта. Мы по-прежнему считаем, что дефицит топлива не влияет напрямую на боевые действия. Безусловно, некоторый эффект на войну есть, но он очень небольшой: на отдельных участках фронта может осложниться ротация, где-то возможны сложности с заправкой генераторов — тем не менее, значимого эффекта мы не наблюдаем.
