Глава Татарстана Рустам Минниханов сообщил, что на войну против Украины из республики ушли 54 465 человек, также на фронте находятся 1410 сотрудников Росгвардии и 264 сотрудника МВД. По данным Минниханова, контракт с Минобороны в Татарстане в 2023 году заключили 12 077 человек, в 2024-м — ещё 12 951, а в 2025-м — 13 113. За шесть месяцев текущего года на фронт отправились 5274 человека. Минниханов также добавил, что при учёте всех форм поддержки республика потратила на войну 91 млрд рублей. В середине июля 2025 года Минниханов говорил, что прошли войну или участвуют в ней около 45 000 жителей Татарстана. По данным «Медиазоны», на фронте погибли по меньшей мере 8492 жителя республики.

Облавы в Пензенской области

В Пензе продолжаются облавы на мужчин, соответствующие видео публикует ряд каналов. По словам местных жителей, на улицах дежурят экипажи ДПС с работниками военкоматов, ОМОНом и Росгвардией в балаклавах, а полиция патрулирует улицы на гражданских машинах и обходит квартиры. Силовики также останавливают общественный транспорт и проводят там рейды, проверяя документы воинского учёта. Некоторых забирают из личных автомобилей, а одиноких мужчин-пешеходов заталкивают в микроавтобусы и увозят в военкомат, где избивают. В Кузнецке, по свидетельствам местных, таксисты якобы увозят мужчин в полицию вместо адреса назначения. Там их также принуждают к отправке на войну. При этом местные СМИ не пишут об облавах, а жители в комментариях к постам местных изданий говорят о «бусификации» и возмущаются молчанием журналистов. Гражданские власти также не комментируют происходящее. В городских чатах распространяются слухи о том, что силовикам якобы поставлена задача набрать на войну 1500 человек. При этом облавы в регионе начались ещё несколько месяцев назад, но в последнее время приобрели больший размах и жестокость. «Ни одного уголовного дела в Пензенской области по заявлению родственников» возбуждено не было, говорят местные жители.

Проект «Идите лесом!» рассказал историю ещё одного жителя Пензы, которого обманом заставили подписать контракт. Мужчину в состоянии алкогольного опьянения забрала гражданская машина без опознавательных знаков и привезла в отдел полиции. Там ему предложили в обмен на освобождение подписать протокол о задержании, который по итогу оказался контрактом с Минобороны. Всего, по данным проекта, известно как минимум о 40 случаях подобных задержаний, в части из них мужчинам удалось добиться освобождения. Сообщается и об облавах на мужчин в Сердобске, задержания мужчин под разными предлогами с целью последующего принуждения к подписанию контракта продолжаются также в Кузнецке и Каменке.

Так, в Кузнецке бывший участник войны на инвалидной коляске обматерил сотрудников военной автомобильной инспекции, которые проводили рейды на молодых мужчин с целью забрать их в военкомат. На видео мужчина ругается на патруль, угрожает им, а после того, как один из силовиков начинает снимать его на видео, достаёт нож и начинает преследовать военного. Как выяснили «Важные истории», мужчину зовут Дмитрий Афанасов. Ему 34 года, он был пять раз судим за избиения и кражи, в последний раз — в январе 2026 года (п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ). До этого приговор Афанасову вынесли в мае 2023 года. Тогда его осудили на пять лет лишения свободы за кражу, побои и грабёж (ч. 1 ст. 158; ч. 2 ст. 116.1; п. «г» ч. 2 ст. 161 УК). Судя по тексту другого приговора, от марта 2023 года, на тот момент он ещё не был инвалидом. Вероятно, из колонии Афанасов завербовался на войну. В январе 2025 года он попал в госпиталь.

Военный комиссар Пензенский области Андрей Сурков в комментарии «Медиазоне» назвал постановочным видео, на котором женщины после облавы пытаются отбить мужчин у ворот военкомата, а ведомству якобы уже известны фамилии организаторов съёмки. По его словам, никаких облав и насильственных действий в регионе нет. Он также обвинил авторов ролика в попытке компрометации армии и совершении диверсии против российских властей.

Одновременно региональное управление МВД по Пензенской области заявило, что сведения о массовых задержаниях мужчин и принуждении к заключению контрактов «не соответствуют действительности», а сотрудники МВД «оказывали содействие» военному следственному отделу СК при проведении рейдов по «выявлению лиц, получивших гражданство Российской Федерации и своевременно не вставших на воинский учёт». При этом в поле зрения проверяющих могут попасть не только «новые граждане», но и любые лица, не исполнившие обязанности по воинскому учёту. Ведомство подчеркивает, что мероприятия носят плановый характер и периодически проводятся на территории региона.

Однако, как отмечают юристы, остаётся неясным, почему в таких «плановых рейдах» участвуют военные следователи. Основная задача следователей — расследование уголовных дел, а постановка граждан на воинский учёт не входит в их полномочия, поэтому законных оснований для привлечения военных следователей к таким рейдам нет. При этом сам факт проведения рейдов был официально подтверждён. Позже ведомство опубликовало второй комментарий, в котором заявило, что видео задержаний «никакого отношения к отправлению в зону СВО не имеют», и предупредило, что «лица, распространяющие недостоверную информацию, будут привлечены к ответственности в соответствии с законодательством».

При этом родственники мужчин, которые попали под облавы и после давления подписали контракт, в разговоре с Радио Свобода, «Медиазоной» и «Агентством» подтвердили, что их близких хватали на улицах, избивали в военкоматах и затем, после подписания контрактов, им выдавали новые паспорта и банковские карты. Как минимум часть из них уже отправили в оккупированный Мариуполь.

Суды, приговоры, происшествия

Курский гарнизонный военный суд приговорил участника «ЧВК Ястреб» Ивана Тимохова к пяти годам колонии строгого режима по делу о превышении должностных полномочий с применением пыток (ч. 4 ст. 286 УК РФ). По версии следствия, осенью 2024 года на территории Белгородской области Тимохов по приказу начальства поместил 62-летнего военного корреспондента Романа Семёнова во «вкопанное в землю деревянное сооружение», где тот провёл 12 суток, подвергаясь пыткам. Сам пострадавший рассказал, что после «продолжительных и зверских пыток» его «на две недели» поместили в гроб, который в вертикальном положении закопали в земле. Его освободили из гроба 2 октября того же года военные следователи. Семёнов связывал произошедшее со своим расследованием о деятельности «ЧВК Ястреб» и работой в журнале «Союз национальностей».

В Анжеро-Судженске Кемеровской области задержали 17-летнего подростка по делу об умышленном уничтожении имущества (ч. 2 ст. 167 УК РФ). По версии следствия, неизвестный через интернет убедил его поджечь служебный автомобиль полиции, угрожая распространением персональных данных. Подросток проник на стоянку возле здания МВД, облил машину горючей жидкостью и поджёг её, после чего скрылся. Возгорание заметили сотрудники полиции, почти сразу пожар потушили. Позднее подозреваемого задержали.

Прокуратура передала в суд дело в отношении двух несовершеннолетних из Лесозаводска, обвиняемых в совершении теракта (ч. 2 ст. 205 УК РФ). По версии следствия, один из подростков получил в мессенджере предложение за вознаграждение в размере 80 000 рублей поджечь объекты на железной дороге. Для поджога он привлёк приятеля, вместе с которым они подожгли релейный и батарейный шкафы на перегоне Ружино — Лесозаводск и сняли происходящее на видео. Подростки скрылись, но позже были задержаны. Следствие утверждает, что за поджог они получили только 8 000 рублей.

ФСБ сообщила о задержании жителя Московской области за «акции устрашения» трёх военнослужащих под видом коллекторов. По версии спецслужбы, юноша нашёл на «торговой площадке» объявление о подработке, связался в телеграме с «представителем украинских спецслужб», который представился сотрудником коллекторского агентства, и в мае «провел так называемые акции устрашения по адресам проживания трёх военнослужащих Министерства обороны». Как именно выглядели эти «акции устрашения», не уточняется. Против задержанного возбуждено уголовное дело по статье о хулиганстве (ч. 2 ст. 213 УК РФ), также рассматривается вопрос о возбуждении дела о госизмене (ст. 275 УК РФ). Кроме того, в ФСБ заявили, что к уголовной ответственности ранее были привлечены более 20 граждан, «высказывавших угрозы и планировавших покушения на руководителей Роскомнадзора».

В Екатеринбурге задержали девушку, сделавшую тысячи фотографий захоронений российских военнослужащих. Какая статья вменяется задержанной, не уточняется. По утверждению силовиков, она нашла работу в интернете и за несколько месяцев побывала в Уфе, Казани, Магнитогорске, Ярославле и Иваново, где делала снимки и отправляла их «куратору» в Украине. За каждый снимок она получала по 80 рублей. По версии властей, такие фотографии украинская сторона использует для создания «дипфейков»: они связываются с родственниками погибших военных, сообщают, что их близкий на самом деле жив и находится в украинском плену, и требуют деньги за его возвращение. Также на кладбищах города установят таблички с предупреждениями об административной и уголовной ответственности за передачу фотографий и данных о могилах российских военных, погибших в Украине.

Жителя Рыбинска 1991 года рождения по фамилии Кравченко приговорили к 15 годам колонии строго режима по делу о госизмене (ст. 275 УК РФ) и публичных призывах к осуществлению экстремистской деятельности в интернете (ч. 2 ст. 280 УК РФ). По версии ФСБ, он по заданию Главного управления разведки Министерства обороны Украины собирал данные о дислокации объектов Минобороны, крупных промышленных предприятий оборонно-промышленного комплекса и объектах критической инфраструктуры Ярославской области, а также оставлял комментарии в интернете.

Суд в России приговорил гражданина Румынии Давида-Адриана Керчо к 15 годам колонии по обвинению в шпионаже (ст. 276 УК РФ). Спецслужбы утверждают, что Керчо в августе 2024 года передал украинской разведке информацию о расположении средств ПВО в Сочи. Российские силовики утверждают, что взамен украинский «куратор» обещал Керчо «содействие в безопасном выезде из России и вступление в украинское вооруженное формирование».

2-ой Восточный окружной военный суд приговорил 20-летнего мужчину к девяти годам колонии по делу о госизмене (ст. 275 УК РФ) и участии в деятельности террористической организации (ст. 205.5). Согласно обвинению, в начале 2024 года он в телеграм «инициативно вступил в переписку с представителем запрещённой в стране террористической организации» и по заданию куратора собирал и передавал сведения об объектах ВС РФ и волонтёрских организаций Забайкальского края, которые оказывают помощь военным.

Лонгриды

«Дождь» выпустил видео о том, как родственники погибших военных делят выплаты за них, а мошенники пытаются обманом присвоить их себе.

Russian servicemen have published flag-raising videos filmed in the village of Rai-Oleksandrivka, southeast of the city of Sloviansk. This sector of the front has seen relatively little movement in recent months. During the winter and early spring, the Russian Armed Forces advanced steadily in the area following the capture of the town of Siversk, but the pace of the offensive later slowed considerably, apparently after Russian forces reached prepared Ukrainian defensive positions. Despite Russian claims that the videos confirm the capture of Rai-Oleksandrivka, we believe they are more indicative of continued infiltration than of successful consolidation of control over the village. Topographic maps show that Russian forces approached Rai-Oleksandrivka through low-lying terrain from the direction of the villages of Riznykivka and Kalenyky. Any further advance toward Sloviansk would require them to push uphill against Ukrainian defensive positions established on elevated ground, a considerably more difficult task than their earlier movement through the lowlands.

Russian forces also continue their infiltration tactics in the Lyman direction. Videos showing Russian flags inside the town of Lyman have recently appeared, and the analyst Playfra appears to share a similar assessment of the situation. As noted earlier, the objective of these advances is to reach the Siverskyi Donets River, which would allow UAV operators to disrupt Ukrainian logistics in Sloviansk and Mykolaivka. At present, however, the riverbank remains captured by Ukrainian drone teams, which are targeting Russian assault troops attempting to push toward Sloviansk from the east. Similarly, earlier Russian advances around the town of Yampil appear to have facilitated subsequent operations farther south, in the areas around Riznykivka and Kalenyky.

Ukrainian troops reported repelling a mechanized assault launched on June 12 in several waves toward the village of Kryva Luka, east of Mykolaivka. According to the Ukrainian military, the attack involved a total of 28 motorcycles, one tank, three infantry fighting vehicles and seven other vehicles. The assault was reportedly thwarted after Ukrainian drones detected the approaching force in time to direct strikes against it. Meanwhile, Russia's developing fuel shortage does not yet appear to be limiting its ability to deploy motorcycles and vehicles in assault operations.

The situation for the Armed Forces of Ukraine in the town of Kostiantynivka continues to deteriorate. In recent days, videos have emerged showing Russian assault troops operating in the town center and in areas just to its north. Analysts from DeepState have described these developments as the realization of a worst-case scenario, drawing parallels with the town of Pokrovsk. There, Russian assault groups spent months infiltrating the town, building up their presence, gradually severing Ukrainian supply routes and methodically taking control of one neighborhood after another. Given the size of Kostiantynivka, the fighting could still continue for a considerable period of time.

We have no new information regarding Ukrainian counterattacks.

Ukrainian and Russian Strikes

Ukrainian drone strikes against crossings in occupied Crimea and routes linking the peninsula with the occupied part of the Kherson region continue. Footage has emerged showing a strike on the railway bridge across the North Crimean Canal near the village of Rozdolne in the northeastern part of Crimea. This railway line provides a route from Russia through southern Crimea into the Kherson region. We do not believe this will significantly worsen the fuel situation. It is worth noting that the Crimean Bridge is generally not used for fuel transportation, while ferry crossings, to the best of our knowledge, are not currently operating.

According to the latest statement by Vladimir Saldo, the Russian-appointed governor of the occupied part of the Kherson region, the border-crossing points at Dzhankoi and Armyansk remain operational, although the former is open only during daytime hours. The Chonhar bridge is closed, and work appears to be underway to establish a pontoon crossing. The bridge near the village of Myrne is operating normally, though a backup route is being prepared in case it becomes necessary. Meanwhile, the bridge between the villages of Stavky and Preobrazhenka in the Kherson region has been closed, with traffic redirected via an “alternative canal crossing.” In the Arabat Spit area, a pontoon crossing is operating across the Promoyina Strait, while work is ongoing in the Tonkyi Strait. Thus, although regular strikes temporarily disable bridges and crossings, the pro-Russian authorities are attempting to restore access quickly and construct approach roads to pontoon crossings in order to mitigate the effects of future strikes. As a result, they have so far been unable to completely sever Crimea’s logistical links with mainland Ukraine.

On the morning of June 17, a UAV struck a bus near the village of Rudnya in the Pochepsky district of Russia’s Bryansk region. The bus was travelling from Gomel in Belarus toward Bryansk and, according to acting governor Yegor Kovalchuk, was carrying children to Gelendzhik in the Krasnodar region. As a result of the strike, a woman accompanying the group was killed, while seven other people, including five children, were injured. Since the strike location is approximately 50 km [31 mi] from Ukrainian territory, it is unlikely that a tactical FPV drone was used. More likely, the attack was carried out by a medium-range strike drone not equipped with a large warhead. We do not know why this particular bus became the target. A misidentification error—either by an operator or by machine-vision systems—cannot be ruled out.

We remain highly skeptical of claims that this was a false flag attack carried out by Russian intelligence services in order to pressure Belarus into entering the war. The Security Service of Ukraine (SBU) published what it claims is an intercepted report from Russian soldiers stating that no UAV flights were detected in the Pochepsky district at the relevant time. However, this document does not refute the possibility of a Ukrainian UAV strike. The ground surveillance radars located near Bryansk in the village of Suponevo would be unable to detect low-flying drones at such a distance (Rudnya is more than 90 km [56 mi] away), while visual detection is highly unreliable.

On June 18, the 413th Regiment of the Ukrainian Unmanned Systems Forces published a video of a strike on a locomotive near the village of Zhudilovo in the Bryansk region (more than 55 km [34 mi] from the border), which was hauling a fuel train.

In the early hours of June 18, drones struck an oil depot in Gukovo, Rostov region. According to local authorities, a guard was killed and two employees of a freight railway station were injured.

On June 18, Ukraine launched a massive drone attack on Moscow and the Moscow region. As a result, a large-scale fire broke out at an oil refinery in Kapotnya, while some drones also struck residential buildings. Governor Andrey Vorobyov stated that 17 people were injured in the Moscow region, including two children. On June 19, the UAV raid resumed, and according to Vorobyov, an 8-year-old girl died in a fire.

This was one of the largest UAV raids on Moscow, but we cannot verify whether it was indeed a record, as claimed by the Russian Ministry of Defense, which reported that 992 UAVs had been shot down. It is also impossible to calculate the number of drones heading specifically toward Moscow, since many of them were downed in regions near the Russia-Ukraine border. At the same time, Moscow Mayor Sergey Sobyanin stated on the morning of June 18 that about 200 drones had been shot down while approaching the capital. The following types of strike UAVs were reportedly used during the attack: FP-1, Antonov An-196 Liutyi, RZ-100 Morok, Behemoth and Sichen, resembling Shahed-type loitering munitions, as well as BARS cruise missiles.

A fuel storage tank at the Moscow Oil Refinery exploded after being struck, with its roof blown upward, producing highly dramatic footage. Several videos from different angles show a missile launched from the ground (either from a Pantsir-S1 surface-to-air missile and anti-aircraft artillery system or a MANPADS used to repel the raid) heading toward the tank shortly before the explosion. Based on this, many observers concluded that the tank had been detonated by that missile.

We are not entirely convinced by this interpretation, as during such large-scale attacks it is often difficult to determine which particular weapon caused the damage. In this case, numerous smoke plumes obscure the view, while surrounding buildings distort the sound. Multiple drones were airborne simultaneously, and missile conversion trails are also visible in the footage. In addition to a missile that may have missed a drone, the tank could have been struck by another UAV or even by debris from a drone intercepted by a different surface-to-air missile.

The possibility of such coincidences is illustrated by a video showing a person firing a pistol at an incoming drone, after which the drone explodes. In reality, the UAV was too far away to be brought down by those shots.

Several videos were also published showing anti-aircraft missiles passing by drones. In some cases, we believe these were not misses but rather missiles aimed at different targets. Another video shows a pair of drones approaching the refinery together. One crashes into a storage tank and explodes, while the other becomes entangled in a protective net and detonates some distance above the tank. This footage supports our argument that anti-drone nets can, in some cases, reduce the damage caused by an impact.

When Pantsir-S1 SAM systems engage an aerial attack, the separating missile's booster stage occasionally hits residential buildings or even civilians. This two-stage missile structure developed historically, as the Tula Instrument Design Bureau based its 1990s design on the missiles used for the 2K22 Tunguska SPAAG and SAM system. Furthermore, these air defense systems were not originally intended to be used in densely populated urban areas. Nevertheless, according to our sources, there were relatively few incidents during the recent attack on Moscow and the surrounding region, despite the highly active deployment of Pantsir-S1 SAM systems. This may be due to the introduction a year or two ago of new surface-to-air missiles for this system, which feature a non-separable engine, smaller dimensions and a lower cost—specifically engineered for intercepting drones.

In early June, a Ukrainian channel published an analysis suggesting that it is easier for aircraft pilots to shoot down jet powered drones than conventional propeller-driven ones. Fighter jets are designed for high-speed aerial combat, whereas countering standard UAVs forces pilots to sharply reduce speed and execute additional maneuvers to maintain a lock on the target. Furthermore, the homing heads of air-to-air missiles are designed to lock onto the nozzles and exhaust of jet engines, which heat up to very high temperatures, while the piston engines of Shahed drones do not emit the same amount of heat. Additionally, jet powered UAVs fly much faster and do not make sharp maneuvers, as their turning radius is much larger at higher speeds.

In one video recording showing attempts to shoot down drones using MANPADS a missile can be seen abruptly veering off course and flying in another direction. The operator was likely targeting a conventional drone, but after the launch, the missile detected a hotter jet powered UAV and locked onto it.

Dnipro OSINT counted five drone strikes on the Moscow oil refinery, while also noting one hit during a previous raid and one storage tank that, as discussed above, could have exploded from being hit by an anti-aircraft missile rather than a UAV. Even if several other hits are not displayed on the map, and even if the MoD exaggerated the number of intercepted targets in its aforementioned statement, many hundreds of drones were almost certainly launched at Moscow, and the effectiveness of the air defenses exceeded 95 percent—a high figure. Nevertheless, following an interception, some drones fall and detonate on the ground, causing additional damage to civilian infrastructure, while other UAVs strike the upper floors of residential buildings or construction cranes.

On the morning of June 19, an 8-year-old girl was killed and three other people were injured as a result of a Russian UAV strike on Pavlohrad in the Dnipropetrovsk region. The private house hit by the strike was destroyed.

On June 17, a driver was killed when a drone struck a civilian truck in Belgorod.

We assume that with the increase in the number of drones and missiles launched by both sides, the number of such strikes on non-military targets will continue to grow. As the scale of strikes expands, the quality of intelligence will inevitably decline. Generals will demand a broader geography of strikes, but it is obvious that maintaining a corresponding pace of replenishing the bank of legitimate targets is impossible, as the resources of any intelligence service are limited. All targets must be carefully verified: whether they are indeed weapons depots or military equipment, whether military movements have actually been recorded, and so on. Previously, we mostly observed Russia terrorizing Ukrainian civilians. Now, as Ukraine has caught up with Russia in the number of drones launched, we are seeing an increasing number of Ukrainian strikes on insufficiently reconnoitered targets, such as the strike on the pedagogical college in Starobilsk in the Luhansk region or the strike on the bus carrying children in the Bryansk region described above.

According to Politico sources, Donald Trump supported a tough G7 declaration on Ukraine after Volodymyr Zelenskyy showed him photos of the burning Dormition Cathedral. According to three G7 officials, the US president was visibly shaken. The effectiveness of such a move meets our expectations.

The G7 countries plan to tighten sanctions against Russia's oil and gas sector. The statement notes that now is a favorable moment for doing so, as the US and Iran have concluded an agreement on opening the Strait of Hormuz. Trump agreed to support Ukraine in the war with Russia in exchange for European assistance in the mine-clearing of the strait.

Czech military commentator Praisethesteph reported that the Czech Republic intends to supply Ukraine with more than ten Aero L-39 Skyfox aircraft, each specially adapted for intercepting and destroying drones. The aircraft can be equipped with two FN Herstal HMP-250 gun pods armed with 12.7mm machine guns, two seven-round LAU-32 launchers for 70mm FZ275 LGR/RR or APKWS II guided rockets, and a Phoenix electro-optical pod produced by SiNAB Technologies. Aero Vodochody's proposal to manufacture these aircraft for Ukraine had already been reported in January 2026.

We need your support to continue our efforts. Please consider making a monthly donation to CIT through our fundraising page or Patreon.

Российские военные опубликовали видео с флагами, снятые в селе Рай-Александровка юго-восточнее Славянска. В последнее время на этом участке было не так много продвижений — ранее (зимой и в начале весны) ВС РФ активно занимали там территорию после захвата Северска, после чего темп наступления существенно замедлился (судя по всему, ВС РФ достигли украинских укреплений). Несмотря на российские заявления, что эти «флаговтыки» подтверждают захват Рай-Александровки, мы считаем, что это всё ещё инфильтрация, не гарантирующая успешного закрепления в селе. Напомним, карта высот показывает, что к Рай-Александровке ВС РФ продвигались по низине со стороны сёл Резниковка и Каленики. Для дальнейшего наступления к Славянску российским силам придётся преодолевать возвышенность, по которой выстроена украинская оборона — это более сложная задача, чем предыдущее продвижение по низинам.

На лиманском направлении также продолжается инфильтрация ВС РФ: появились видео с российскими флагами в Лимане (исследователь Playfra придерживается аналогичного мнения). Целью этих продвижений является, напомним, выход к Северскому Донцу для обеспечения ударов БПЛА по украинской логистике в Славянске и Николаевке. Пока же на берегу расположены позиции украинских «дроноводов», которые атакуют российских штурмовиков, пытающихся продвинуться к Славянску с востока. Аналогично наступление в районе Ямполя помогало наступать южнее — в районе Резниковки и Калеников.

Украинские военные сообщили о механизированной атаке в несколько волн в направлении села Кривая Лука (восточнее Николаевки), в которой суммарно участвовали 28 мотоциклов, 1 танк, 3 БМП и 7 автомобилей. Наступление удалось отразить благодаря тому, что технику вовремя заметили украинские беспилотники. Развивающийся в РФ топливный кризис пока не препятствует отправке на штурм мото- и автотехники.

Ситуация для ВСУ в Константиновке продолжает ухудшаться. В последние дни появились видео российских штурмовиков в центре города и немного севернее его. Аналитики DeepState оценили происходящее как реализацию наихудшего сценария и сравнили ситуацию с Покровском, куда также в течение долгого времени проникали российские штурмовики, накапливались там, постепенно отрезали пути снабжения ВСУ и таким образом захватывали район за районом. Константиновка — большой город, поэтому бои могут занять ещё довольно много времени.

Обновлений по поводу украинских контратак у нас нет.

Обстрелы и удары

Продолжаются удары украинских беспилотников по переправам в Крыму и связывающим полуостров с оккупированной частью Херсонской области. Появилось видео удара по железнодорожному мосту через Северо-Крымский канал вблизи села Раздольное в северо-восточной части оккупированного Крыма. Эта ветка обеспечивает проезд со стороны РФ через юг Крыма в Херсонскую область. Мы не считаем, что это заметно усугубит ситуацию с топливом. Напомним, Крымский мост стараются не использовать для перевозки топлива, а паромные переправы, насколько нам известно, не функционируют.

По последним данным от оккупационного «губернатора Херсонской области» Владимира Сальдо, пункты пропуска «Джанкой» и «Армянск» продолжают работать, но первый только днём. Чонгарский мост закрыт, ведутся работы, судя по всему, по созданию понтонной переправы. Мост в районе посёлка Мирное работает в штатном режиме, но создаётся резервный маршрут на случай необходимости. А мост между сёлами Ставки и Преображенка Херсонской области закрыт, движение направлено через «альтернативный проезд через канал». В районе Арабатской стрелки в проливе Промоина действует понтонная переправа, а в проливе Тонкий ведутся работы. Таким образом, хотя регулярные удары временно выводят из строя мосты и переправы, пророссийские власти стремятся оперативно восстанавливать проезд и создавать подъездные пути к понтонным переправам, чтобы снижать ущерб от новых ударов, а значит, полного отрезания логистики Крыма от материковой части Украины пока добиться не получается.

Утром 17 июня у деревни Рудня Почепского района Брянской области БПЛА атаковал автобус, ехавший из Гомеля в Беларуси в сторону Брянска и, по словам врио губернатора Егора Ковальчука, перевозивший детей в Геленджик Краснодарского края. В результате сопровождавшая команду женщина погибла, а ещё семь человек, включая пятерых детей, пострадали. Поскольку место удара находится примерно в 50 км от украинской территории, маловероятно, что удар нанёс тактический FPV-дрон, скорее, это был «мидл-страйк»-дрон, не оснащённый большой боевой частью. По какой причине целью стал именно этот автобус, нам неизвестно. Не исключено, что это была ошибка идентификации (оператора или машинного зрения).

Мы крайне скептически относимся к версиям, что это была провокация российских спецслужб с целью вынудить Беларусь вступить в войну. СБУ опубликовала якобы перехваченный доклад российских военных, в котором утверждается, что пролёты БПЛА в Почепском районе в то время не фиксировались. Этот документ никак не опровергает версию удара украинским БПЛА, поскольку расположенная около Брянска в селе Супонево РЛС не может заметить низколетящие дроны (Рудня находится более чем в 90 км оттуда), а визуальное обнаружение крайне ненадёжно.

18 июня военные 413-го полка СБС ВСУ опубликовали видео удара по локомотиву в районе села Жудилово Брянской области (более 55 км от границы), который вёз состав с топливом.

В ночь на 18 июня в Гуково Ростовской области дроны поразили нефтебазу. По данным местных властей, погиб охранник и пострадали двое сотрудников грузовой железнодорожной станции.

18 июня Украина нанесла массированный удар беспилотниками по Москве и Московской области. В результате начался масштабный пожар на НПЗ в Капотне, а некоторые дроны попали и по жилым домам. Согласно заявлениям губернатора Андрея Воробьёва, в Московской области пострадали 17 человек, включая двух детей (на следующий день, 19 июня, налёт БПЛА продолжился, вследствие чего, как заявил Воробьёв, при пожаре погибла 8-летняя девочка — прим. CIT).

Это был один из самых массовых налётов БПЛА на Москву, при этом проверить, действительно ли он был рекордным, как это утверждает МО РФ (ведомство заявило о 992 сбитых БПЛА), мы не можем. Также невозможно подсчитать, сколько дронов летели именно в сторону Москвы, поскольку многие из них были сбиты в регионах вблизи границы с Украиной (мэр Сергей Собянин утром 18 июня заявил, что непосредственно на подлёте к Москве было сбито около 200 дронов — прим. CIT). Среди запущенных БПЛА были FP-1, «Лютый», «Морок», крылатые ракеты «Барс», а также похожие на «шахеды» «Бегемот» или «Сичень».

На территории Московского НПЗ в результате попадания взорвался резервуар с топливом (его крышка взлетела вверх, кадры взрыва получились очень впечатляющие). На нескольких видео с разных ракурсов видно, что перед взрывом резервуара в его сторону полетела ракета с земли (от ЗРПК «Панцирь» или ПЗРК, которые применялись при отражении налёта). На этом основании многие сделали вывод, что причиной его подрыва была именно ракета. Мы же не вполне уверены в этом, поскольку в такие массированные атаки бывает сложно определить, какое именно средство поражения попало в объект. В данном случае многочисленные источники дыма мешают обзору, а застройка искажает звук. В воздухе одновременно летели несколько дронов, а на видео также видны инверсионные следы от ракет. Помимо ракеты, промахнувшейся по дрону, поразить резервуар мог другой беспилотник или даже обломки перехваченного другой зенитной ракетой.

Возможность совпадений иллюстрирует видео стрельбы по летящему дрону из пистолета, после чего дрон взрывается. На самом деле в этом случае БПЛА был слишком далеко, чтобы быть сбитым именно этими выстрелами.

Также опубликовано сразу несколько видеозаписей, на которых зенитная ракета пролетает мимо беспилотника. В некоторых случаях мы считаем, что это были не промахи, а ракеты наводились на другую цель. В ещё одном видео видно, как пара дронов вместе заходят для атаки на НПЗ, но один врезается в резервуар и взрывается, а другой попадает в сетку и детонирует на некоторой высоте от резервуара. Это видео подтверждает наш тезис о том, что в некоторых случаях противодроновые сети снижают урон от удара.

Когда воздушную атаку отражают комплексы «Панцирь-С1», разгонный блок (ракетная часть) ЗУР после отделения иногда попадает в жилые дома или даже по мирным жителям. Такая двухступенчатая структура ракеты сложилась исторически, поскольку за основу в 1990-е гг. тульское КБ приборостроения взяло конструкцию ракет для «Тунгуски». К тому же эти ЗРПК не предполагалось использовать в плотной городской застройке. Тем не менее, в ходе нынешней атаки на Москву и область, по нашим источникам, было довольно мало подобных инцидентов, хотя «Панцири» применялись очень активно. Возможно, это связано с тем, что год или два назад появились новые ЗУР для этого комплекса с неотделяемым двигателем, меньшего размера и меньшей стоимости — специально для перехвата беспилотников.

В начале июня в одном из украинских каналов было опубликовано рассуждение о том, что для пилотов самолётов проще сбивать «реактивные дроны», чем обычные с пропеллерами. Истребители предназначены для воздушных боёв на больших скоростях, а для противодействия обычным БПЛА пилотам приходится резко снижать скорость и выполнять дополнительные манёвры для удержания цели. Кроме того, головки самонаведения ракет класса «воздух — воздух» разработаны для наведения на сопла и выхлоп реактивных двигателей, которые нагреваются до очень высокой температуры, а поршневые моторы «шахедов» не выделяют такого количества тепла. Кроме того, реактивные БПЛА летят гораздо быстрее и не совершают резких манёвров, поскольку на таких скоростях их радиус поворота намного больше.

На одной из видеозаписей с попытками сбить дроны из ПЗРК видно, как выпущенная ракета резко сворачивает и улетает в другую сторону. Вероятно, оператор целился в обычный беспилотник, но после пуска ракета «увидела» более горячий реактивный БПЛА и навелась на него.

Dnipro OSINT насчитал пять попаданий беспилотников по Московскому НПЗ, а также отметил одно попадание в ходе предыдущего налёта и один резервуар, который, как мы обсудили выше, мог взорваться от попадания зенитной ракеты, а не БПЛА. Даже если ещё несколько попаданий на карте не отображены и даже если МО РФ в вышеупомянутом заявлении преувеличило число сбитых, по Москве практически наверняка были запущены многие сотни беспилотников, а эффективность ПВО составила более 95% — это высокий показатель. Тем не менее, после перехвата часть беспилотников падает и взрывается на земле, причиняя дополнительные разрушения гражданской инфраструктуре, ещё часть БПЛА попадает в верхние этажи жилых домов или строительные краны.

Утром 19 июня в результате удара российского БПЛА по Павлограду в Днепропетровской области погибла 8-летняя девочка, ещё три человека пострадали. Частный дом, по которому пришёлся удар, разрушен.

17 июня при ударе дрона по гражданскому грузовику в Белгороде погиб водитель.

Мы предполагаем, что с увеличением количества запускаемых обеими сторонами беспилотников и ракет количество подобных попаданий по невоенным объектам будет только расти. При расширении масштаба ударов качество разведки неизбежно упадёт. Генералы будут требовать расширения географии ударов, но очевидно, что обеспечить соответствующий темп пополнения банка легитимных целей невозможно, поскольку ресурсы любой разведки ограничены. Все цели необходимо тщательно верифицировать: точно ли это склад вооружения или техника противника, действительно ли зафиксирован факт перемещения военных и т. д. И если раньше мы в основном наблюдали, как Россия терроризирует мирных украинских жителей, то теперь, когда Украина догнала Россию по количеству запускаемых бесплодников, мы видим всё больше украинских ударов по недоразведанным целям, как, например, удар по педагогическому колледжу в Старобельске Луганской области или описанный выше удар по автобусу с детьми в Брянской области.

По данным источников издания Politico, Дональд Трамп поддержал жёсткую декларацию «Большой семёрки» по Украине после того, как Владимир Зеленский показал ему фотографии горящего Успенского собора. По словам трёх чиновников стран G7, президент США был заметно потрясён. Эффективность такого хода соответствует нашим ожиданиям.

Страны «Большой семёрки» планируют ужесточить санкции против нефтегазового сектора России. В заявлении отмечается, что сейчас благоприятный момент для этого, так как США и Иран заключили соглашение об открытии Ормузского пролива. Трамп согласился поддержать Украину в войне с Россией в обмен на помощь европейцев в разминировании последнего.

Чешский военный обозреватель Praisethesteph сообщил, что Чехия намерена поставить Украине более 10 самолётов Aero L-39 Skyfox, каждый из которых будет специально адаптирован для перехвата и уничтожения беспилотников. На него можно установить два контейнера FN Herstal HMP-250 с 12,7-мм пулемётами, два семизарядных блока LAU-32 для запуска 70-мм управляемых ракет FZ275 LGR/RR или APKWS II и оптико-электронный контейнер Phoenix производства SiNAB Technologies. О предложении компании Aero Vodochody производить эти самолёты для Украины уже писали в январе 2026 года.

Поддержите команду CIT на нашем сайте или через «Патреон».

An order from the Russian Defense Ministry took effect, tightening medical requirements for those signing military contracts. The ministry added several conditions to the updated list of diseases that disqualify individuals from enlisting during times of war, mobilization or martial law. The conditions include organic, acute psychotic, delusional and schizotypal disorders, as well as schizophrenia, post-traumatic stress disorder, developmental and behavioral disorders, intellectual disabilities and mental and behavioral disorders caused by psychoactive substance use. Active-duty service members with conditions on the list will not be discharged from service.

Army Recruitment

Authorities in the Vladimir region are urging residents to join "mobile groups to repel drone attacks." Officials are distributing the advertisements through Gosuslugi [the state public services portal]. They promise potential candidates that training camps will remain within the region, avoiding deployment to the "special military operation" zone. The military will hold these camps up to three times a year for a maximum of two months. Recruits will receive more than 100,000 rubles [$1,370] during training, while keeping their civilian jobs and regular salaries. The initiative requires signing a three-year contract.

Residents of the Penza region report large-scale roundups of men in the cities of Penza, Kuznetsk and Kamensk for dispatch to the frontline. A woman from Penza published a video showing women attempting to prevent a group of men from being taken away after one such roundup. The men were being held in a minibus outside the draft office serving the Oktyabrsky and Zheleznodorozhny districts. Midway through the video, the minibus attempts to leave but is surrounded by women. One woman clings to the hood, and another later joins her. According to the women, the men inside the vehicle had been forced to sign military contracts, including through beatings. In comments posted beneath the video, residents reported similar roundups in various parts of Penza and identified the neighborhoods where they were taking place. The Govorit NeMoskva [NonMoscow Is Speaking] Telegram channel, citing its subscribers, reported that draft office personnel were being assisted by "men in balaclavas." According to local residents, the roundups have occurred throughout the city, with law enforcement officers stopping private vehicles and public transportation, detaining men and taking them to draft offices, where they are allegedly pressured into signing military contracts. In the Sputnik residential district, police reportedly conducted door-to-door checks of apartment buildings. Residents have been warning one another about the locations of the roundups and complaining that "local media remain silent." According to Penza residents, authorities began detaining men for this purpose in January, but the campaign has intensified in recent weeks, and "the situation is getting worse every day." Some residents also claim that local authorities have recruited law enforcement personnel from other regions to carry out the operation.

In the city of Yekaterinburg, 48-year-old Sergey Galiyev, a resident of a shelter, was coerced into signing a military contract and sent to war. According to the shelter's director, Olga Bakhtina, Galiyev has a mental disorder, is unable to read or write, struggles to live independently and suffers from alcohol dependence. Bakhtina says he disappeared on June 11 after going to a police station for a routine check-in, where he was pressured into signing the contract. She and staff from the office of the Commissioner for Human Rights in the Sverdlovsk region are now trying to help him terminate the agreement. Galiyev is currently being held at a training unit in the Zabaykalsky region.

A Saint Petersburg resident suffering from epilepsy, Vitaly Smidovich, ended up on the frontline after believing he was taking a rotational job assignment in the Moscow region. According to his daughter, acquaintances had offered him work there, but the next day he called to say that military personnel would soon pick him up and take him to repair houses. His phone was unreachable for several days. He later contacted his daughter from an unfamiliar number, telling her that he had signed a military contract and was in the city of Luhansk, where he would undergo two weeks of training before being sent to the frontline. An unidentified man who spoke to the daughter alongside Smidovich demanded documents from her and sent her a copy of a contract her father had signed in the city of Balashikha on May 7. She has had no contact with her father since May 27. Military officials later told her that he had gone AWOL.

The Voyennye Advokaty [Military Lawyers] Telegram channel has reported on two cases in which draft evasion resulted only in administrative liability. In the first case, a court reviewed a complaint from a conscript who failed to appear at a military collection point for deployment to his place of military service. The young man cited temporary incapacity for work, but the court determined that there were no valid reasons for his failure to appear and upheld the fine imposed by the draft office. In the second case, the same court ruled that it was lawful to hold the conscript administratively liable for failing to appear in response to a draft notice at a meeting of the draft board. The young man cited his right to a draft deferral, however, the courts involved noted that the mere fact of a possible draft deferral does not relieve the obligation to appear on a draft notice. In both cases, the issue concerned failure to appear during conscription proceedings; however, the matters were resolved under administrative law. This indicates that not every failure to appear automatically results in a criminal case.

In Moscow, a military commissar held a conscript liable under a non-existent provision of law for a violation related to military registration and imposed a fine on him. The court, where the conscript appealed the fine, noted that no such provision exists in the Code of Administrative Offenses and that the draft office failed to provide original documents for the hearing. As a result, the judge annulled the fine order and sent the case back to the draft office for reconsideration.

Sentences, Legal Proceedings and Incidents

The First Western District Military Court has sentenced 28-year-old serviceman Andrey Usachev to 20 years in a penal colony under articles on murder, rape, theft, as well as desertion and going AWOL. According to investigators, in February 2025, he raped and murdered a 43-year-old neighbor woman with Down syndrome. Usachev was detained on Feb. 27, and jewelry belonging to the victim was found in his possession. The man had previously been convicted multiple times. He was recruited for the war from a penal colony as part of the Wagner Group, and later joined the "Redut PMC." In April 2024, he went AWOL from a unit in Luga and had been wanted since then.

In Arkhangelsk, 38-year-old war participant Aleksey Melnik has been sentenced to seven years in a penal colony under articles on violating traffic rules resulting in the negligent infliction of grievous bodily harm and going AWOL. In November 2025, while on leave and driving without a license, he hit two female students in the center of Arkhangelsk and fled the scene. At the time of his detention, it was revealed that Melnik had fled the military unit where he was serving under contract military service. Melnik had also been convicted multiple times.

In Saint Petersburg, a court ordered the detention of Agil Aliyev on suspicion of carrying out a terrorist attack. Investigators allege that on June 16, he set fire to a relay cabinet near Shuvalovo station "with the aim of destabilizing the activities of government authorities." He was detained at the scene.

In the Yaroslavl region, officers of the Federal Security Service (FSB) detained a 40-year-old local woman on suspicion of a terrorist attack. According to the intelligence services, on June 17, she attempted, at the direction of "Ukrainian call centers," to carry out a series of arson attacks on bank offices in the city of Yaroslavl.

The FSB announced the detention of three individuals in the Krasnodar region, Adygea and the Tyumen region on charges related to preparing an act of terror and the illegal possession of explosives or explosive devices. Authorities said they are also considering opening a criminal case for treason. Law enforcement officers allege that the suspects, acting on instructions from "Ukrainian handlers," were preparing what officials described as "sabotage and terrorist attacks" targeting volunteers assisting the military, military personnel themselves, as well as transportation infrastructure and fuel-and-energy facilities.

A new criminal case alleging preparation of a terrorist attack has also been opened against the artist Daniil Krinari, who had previously been sentenced to five years in a penal colony for what Russian authorities described as "confidential" cooperation with a foreign state. Krinari had earlier been added to Russia’s Registry of Extremists and Terrorists, though the specific charge underlying that designation had not been publicly disclosed. Details of the new case remain unknown. The artist was first detained in December 2022 in Grodno, Belarus, and was later extradited to Moscow at the request of the FSB.

The Second Western District Military Court has sentenced a 16-year-old from the town of Liski in the Voronezh region to seven years in a juvenile correctional facility in a case involving preparation for a terrorist attack and illegal explosives trafficking. According to investigators, in May 2025, the teenager established contact with Ukrainian intelligence services and, acting on their instructions for a financial reward, retrieved an explosive device and an improvised bomb from a cache and moved them to another location. The bomb was allegedly intended to blow up a Russian service member's car, but law enforcement officers detained the suspect before it could be planted.

The "Zaporizhzhia Regional Court," established by Russian authorities, has sentenced 71-year-old Ivan Cherny, a resident of the occupied town of Tokmak, to 13 years in a maximum security penal colony on charges of high treason. According to investigators, the elderly man, who received a Russian passport in June 2023, made 27 donations to the account associated with the Armed Forces of Ukraine between November 2023 and May 2025. The total amount of the donations was 4,100 hryvnias, or $130.

The District Military Court has sentenced Marina Meshkova, a resident of occupied Melitopol, to 14 years in a penal colony on charges of high treason and the financing of terrorism. The court ruled that from Dec. 23, 2023, to April 14, 2024, she made several monetary transfers to the Freedom of Russia Legion, and from Jan. 18 to May 14, 2024, transferred money to bank cards associated with the AFU.

The Second Western District Military Court sentenced Roman Tarasov, 21, a resident of Murom, to 17 years in prison on charges of committing and preparing a terrorist attack. He was also ordered to pay more than 2 million rubles [$27,290] in compensation to victims and the state. According to law enforcement, in February 2022 Tarasov and his associates, angered by the start of the invasion, formed a "criminal group" to carry out arson attacks, "intimidate the population" and "pressure government officials." In March and September 2025, he allegedly doused two cars in Moscow with gasoline and set them on fire at the direction of his handler in exchange for money. He was also accused of preparing to set fire to a car belonging to a General Staff officer but was detained before carrying out the attack.

Assistance

The Orenburg region has introduced fines for employers who refuse to hire former war participants. The regional parliament had previously established a 0.5% quota for all companies with at least 200 employees.

Longreads

Memorial, the Russian human rights defense center, published a report on the tightening of political repression in Russia since the start of the invasion of Ukraine. Since 2021, new criminal statutes have been introduced, prison sentences in politically motivated cases have nearly doubled, and torture has effectively been legalized.

Sibir.Realii, part of Radio Free Europe/Radio Liberty, reports on several cases of convicts who were previously recruited to participate in the war escaping on the way from their penal colonies to their military units. After returning home, some went on to commit new crimes, sometimes more serious than their original offenses.

Вступил в силу приказ Минобороны, ужесточающий медицинские требования к тем, кто подписывает контракт с ведомством. В обновлённом перечне заболеваний, препятствующих заключению контракта в период мобилизации, военного положения или военного времени, добавили органические расстройства, острые психотические расстройства, шизофрению, бредовые расстройства, шизотипические расстройства, посттравматическое стрессовое расстройство, расстройство развития и расстройство поведения, умственную отсталость, а также психические расстройства и расстройства поведения, вызванные употреблением психоактивных веществ. Действующие военнослужащие, имеющие заболевания из перечня, не смогут уволиться со службы.

Набор в армию

Власти Владимирской области призвали жителей вступать в «мобильные группы для участия в мероприятиях по отражению атак БПЛА». Соответствующую рекламу рассылают через портал «Госуслуги». Потенциальным резервистам обещают участие в сборах на территории региона без «командировок в зону проведения СВО» не более трёх раз в год продолжительностью до двух месяцев, выплаты во время сборов более 100 000 рублей, сохранение рабочего места и зарплаты на время прохождения сборов. Контракт заключается на три года. Ранее губернатор области Александр Авдеев издал указ о предоставлении за счёт регионального бюджета выплат в размере до 80 000 рублей на период сборов для жителей региона, заключивших контракт для участия в отряде «БАРС-Владимир».

В Пензенской области в городах Пенза, Кузнецк и Каменск сообщают о масштабных облавах на мужчин для отправки на фронт. Жительница Пензы опубликовала видео, на котором женщины после одной из таких облав пытаются отбить мужчин, сидящих в микроавтобусе у ворот военкомата Октябрьского и Железнодорожного районов. В середине видео микроавтобус пытается уехать, однако его окружают женщины. Одна из них вцепляется в капот, позже к ней присоединяется другая женщина. По их словам, мужчин в автобусе принудили подписать контракт в том числе путём избиений. В комментариях под видео люди сообщают об облавах на мужчин в Пензе с указанием районов, где это происходит. Телеграм-канал «Говорит НеМосква» со ссылкой на своих подписчиков пишет, что работникам военкоматов в этом помогают «люди в балаклавах». Облавы происходили в разных концах города, силовики останавливают машины и общественный транспорт, забирают мужчин и увозят в военкомат, где заставляют подписывать контракт, утверждают жители. В микрорайоне Спутник полицейские устроили поквартирный обход. Горожане предупреждают друг друга о местах облав и жалуются, что «местные СМИ молчат». По словам пензенцев, ловить мужчин начали с января, но в последнее время облавы усилились и «ситуация с каждым днём всё хуже», а власти регионов «обменялись» для этой цели силовиками.

В Екатеринбурге подопечного приюта 48-летнего Сергея Галиева заставили подписать контракт, чтобы отправить на войну. По словам руководительницы заведения Ольги Бахтиной, мужчина, который имеет ментальное заболевание, не умеет читать и писать, не адаптируется в быту и имеет алкогольную зависимость, пропал 11 июня, когда пошёл отметиться в полицию — после освобождения из заключения ему назначили надзор. В полиции его и заставили подписать контракт. Теперь руководительница приюта и сотрудники аппарата уполномоченного по правам человека Свердловской области пытаются помочь мужчине разорвать контракт. Сейчас Галиев находится в учебной части в Забайкальском крае.

Страдающий эпилепсией житель Санкт-Петербурга Виталий Смидович вместо работы вахтовым методом попал на фронт. Знакомые предложили ему устроиться на вахтовую работу в Подмосковье, однако через день он позвонил дочери и сказал, что за ним приедут военные и повезут его ремонтировать дома. Телефон мужчины был вне доступа несколько дней, после чего он позвонил дочери с незнакомого номера и сказал, что подписал контракт, находится в Луганске, где в течение двух недель будет проходить обучение, а потом отправится на фронт. Неизвестный мужчина, который вместе со Смидовичем разговаривал с девушкой, потребовал у неё документы и прислал контракт, который её отец подписал 7 мая в Балашихе. С 27 мая у девушки нет связи с отцом, по словам военных, он самовольно оставил часть.

Проект «Военные адвокаты» рассказал о двух случаях, когда уклонение от призыва окончилось лишь административной ответственностью. В первом случае суд рассмотрел жалобу призывника, который не явился на сборный пункт для отправки к месту прохождения военной службы. Молодой человек ссылался на временную нетрудоспособность, однако суд решил, что уважительных причин для неявки не было, и оставил наложенный военкоматом штраф в силе. Во втором деле суд признал законным привлечение призывника к ответственности за неявку по повестке на заседание призывной комиссии. Юноша ссылался на наличие права на отсрочку, однако суды указали, что сам факт возможного наличия отсрочки не освобождает от обязанности явиться по повестке. В обоих случаях речь шла о неявке на призывные мероприятия, однако вопрос был разрешён в рамках административного законодательства (ч. 1 ст. 21.5 КоАП РФ). Это показывает, что не каждая неявка автоматически заканчивается возбуждением уголовного дела (ч. 1 ст. 328 УК РФ).

В Москве военком привлёк призывника к ответственности по несуществующей статье (ч. 5 ст. 21 КоАП РФ) за нарушение, связанное с постановкой на воинский учёт, и назначил ему штраф. Суд, где призывник обжаловал штраф, обратил внимание на то, что такой статьи в Кодексе не существует, а также на то, что военкомат не предоставил оригиналы документов на судебное заседание. В результате судья отменил постановление о штрафе и отправил дело в военкомат на новое рассмотрение.

Суды, приговоры, происшествия

1-й Западный окружной военный суд приговорил 28-летнего военного Андрея Усачёва к 20 годам колонии по статьям об убийстве (п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ), изнасиловании (п «б» ч. 2 ст. 131 УК РФ), краже (п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ), а также дезертирстве (ч. 3 ст. 338 УК РФ) и самовольном оставлении части (ч. 5 ст. 337 УК РФ). Обвинение требовало для Усачёва пожизненный срок. По версии следствия, мужчина в феврале 2025 года изнасиловал и убил 43-летнюю женщину с синдромом Дауна, которая жила с ним по соседству. У жертвы, как утверждалось, обнаружили укусы на груди и повреждения половых органов. Усачёва задержали 27 февраля, у него обнаружили драгоценности, принадлежавшие жертве. Ранее мужчина уже был судим: в 2018 году его осудили на два года за грабёж, а в 2020 году — на девять лет за убийство знакомого, которому мужчина нанёс 23 ножевых ранения. Из колонии он завербовался на войну в составе группы Вагнера, позже он состоял в «ЧВК “Редут”». В апреле 2024 года он самовольно оставил часть в Луге и с тех пор находился в розыске.

В Архангельске 38-летнего участника войны Алексея Мельника приговорили к семи годам колонии по статьям о нарушении правил дорожного движения, повлёкшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека (п «б» ч. 2 ст. 264 УК РФ) и самовольное оставление части (ч. 5 ст. 337 УК РФ). Мужчина в ноябре 2025 года, находясь в отпуске и не имея водительских прав, сбил в центре Архангельска двух студенток и скрылся. Его искали несколько месяцев. В момент задержания выяснилось, что Мельник сбежал из воинской части, где служил по контракту. Обе пострадавшие в ДТП студентки были госпитализированы, однако потерпевшей признали только одну. Мельник ранее уже был судим за незаконное проникновение в жилище (ч. 1 ст. 139 УК РФ), грабёж (ч. 2 ст. 161 УК РФ), кражу (ч. 2 ст. 158 УК РФ), причинение тяжких телесных повреждений (ч. 2 ст. 111 УК РФ) и дважды — за нападение на полицейских (ч. 1 ст. 318 УК РФ).

В Санкт-Петербурге суд арестовал Агила Алиева по подозрению в теракте (ч. 1 ст. 205 УК РФ). Следствие считает, что 16 июня мужчина поджёг релейный шкаф около станции Шувалово «в целях дестабилизации деятельности органов власти». Он был задержан на месте.

В Ярославской области сотрудники ФСБ задержали 40-летнюю местную жительницу, подозреваемую в теракте (ч. 2 ст. 205 УК РФ). По версии спецслужбы, 17 июня женщина по заданию «украинских колл-центров» попыталась устроить серию поджогов в офисах банков Ярославля. В одном из отделений она подожгла принесённую с собой горючую жидкость, во втором отделении осуществить свой план женщине не удалось, а около третьего банка она была задержана.

ФСБ сообщила о задержании трёх человек в Краснодарском крае, Адыгее и Тюменской области по статьям о приготовлении к теракту (ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 205 УК РФ) и незаконном хранении взрывчатых веществ или взрывных устройств (ч. 2 ст. 222.1 УК РФ). Также решается вопрос о возбуждении уголовного дела о госизмене (ст. 275 УК РФ). Силовики подозревают, что задержанные по заданию «украинских кураторов» готовили «диверсионно-террористические акты» в отношении волонтёров, помогающих военным, самих военных, а также объектов транспортной инфраструктуры и топливно-энергетического комплекса. Подробности дела, как и имена задержанных, неизвестны.

В отношении художника Даниила Кринари, ранее уже осуждённого за конфиденциальное сотрудничество с иностранным государством (ст. 275.1 УК РФ) на пять лет колонии, возбудили новое уголовное дело о подготовке к теракту (ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 205 УК РФ). Ранее его включили в Реестр экстремистов и террористов, однако не было известно, по какой статье его преследуют. Подробности нового дела неизвестны. Впервые художника задержали в декабре 2022 года в белорусском Гродно и по запросу ФСБ экстрадировали в Москву.

2-й Западный окружной военный суд приговорил 16-летнего юношу из города Лиски в Воронежской области к семи годам воспитательной колонии по делу о подготовке к теракту (ч. 1 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 205 УК РФ) и незаконном обороте взрывчатки (ч. 4 ст. 222.1 УК РФ). По утверждению следствия, подросток в мае 2025 года установил контакт с украинскими спецслужбами и по их заданию за вознаграждение забрал из тайника взрывное устройство и самодельную бомбу, которые поместил в другое место. Бомба якобы предназначалась для подрыва машины российского военного, но силовики задержали подозреваемого до её установки.

Созданный российскими властями «Запорожский областной суд» приговорил 71-летнего жителя оккупированного Токмака Ивана Черного к 13 годам колонии строгого режима по обвинению в госизмене (ст. 275 УК РФ). По версии следствия, пенсионер, получивший российский паспорт в июне 2023 года, сделал 27 пожертвований на счёт ВСУ в период с ноября 2023 года по май 2025 года. Общая сумма пожертвований составила 4100 гривен или 9315 рублей.

Южный окружной военный суд приговорил жительницу оккупированного Мелитополя Марину Мешкову к 14 годам колонии по статьям о госизмене (ст. 275 УК РФ) и финансировании терроризма (ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ). Суд решил, что женщина с 23 декабря 2023-го по 14 апреля 2024 года сделала несколько денежных переводов в «Легион “Свобода России”», а с 18 января по 14 мая 2024 года перевела деньги на банковские карты, связанные с ВСУ. Средства якобы использовали для покупки вооружения и военной техники.

2-й Западный окружной военный суд назначил 17 лет заключения 21-летнему жителю Мурома Роману Тарасову по делу о теракте (пп. «а» и «в» ч. 2 ст. 205 УК РФ) и приготовлении к теракту (ч. 1 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 205 УК РФ). С молодого человека взыскали более двух миллионов рублей в качестве компенсации пострадавшим и в бюджет. По версии силовиков, в феврале 2022 года Тарасов и его товарищи, недовольные началом вторжения, создали «преступную группу» для «совершения поджогов», «устрашения населения» и «воздействия на представителей власти», а в марте и сентябре 2025 года молодой человек «за денежное вознаграждение» облил бензином и поджёг в Москве два автомобиля, на которые ему якобы указал куратор. Кроме того, по версии силовиков, Тарасов готовился поджечь ещё один автомобиль, принадлежащий офицеру Генштаба, однако был задержан.

Помощь

В Оренбургской области власти ввели штрафы за отказ принимать на работу бывших участников войны. Ранее региональный парламент установил квоту в размере 0,5% для всех компаний с численностью сотрудников не менее 200 человек. По новому закону в случае отказа брать на работу ветеранов должностные лица получат штраф от 20 000 до 30 000 рублей, индивидуальные предприниматели — от 30 000 до 50 000, а юрлица — от 50 000 до 100 000. Ранее подобные нормы ввели и в других регионах.

Лонгриды

«Мемориал» выпустил доклад об ужесточении политических репрессий в России после начала вторжения в Украину. С 2021 года появились новые статьи, сроки заключения по политическим делам выросли почти вдвое и были фактически легализованы пытки.

Издание «Сибирь.Реалии» рассказывает о нескольких случаях побега заключённых, ранее завербованных для участия в войне, по дороге из колонии в часть. Вернувшись домой, некоторые совершают новые преступления, иногда более жестокие, чем те, за которые они когда-то получили срок.

In the first three months of 2026, 56 of the 89 regions listed in the Russian Constitution (including the occupied territories of Ukraine) reported budget deficits, according to a report by Russia's Accounts Chamber. A year earlier, 46 regions closed the first quarter with a deficit. In 2022, only six regions recorded such shortfalls. Thirty-five regions showed a high deficit (exceeding 10% of revenue), an increase of 12 from the previous year. Meanwhile, 34 regions recorded a surplus, down 10 from the previous year. Of those, 23 had surpluses of no more than 5 billion rubles [$68.98 million]. The combined surplus of the consolidated regional budgets totaled 140 billion rubles [$2 billion]. This figure represents a 2.4-fold decrease from last year and a nearly 4.5-fold drop from 2024. Regional budget expenditures in the first quarter reached 5.37 trillion rubles [$74 billion].

The Federal Security Service (FSB) plans to lower the physical fitness requirements for candidates seeking contract military service in security agencies, as well as for applicants to its educational institutions. The agency will relax the standards most significantly for older men. However, it is tightening requirements for candidates applying to FSB special operations units. The new document is expected to replace the current 2016 FSB order. In addition to revising the minimum physical fitness requirements, the agency is introducing a new age scale: for men, the youngest category will be "under 25," followed by "25–29," as is currently the case. The "over 30" group will be split into several brackets, the oldest being "50 and older." For women, the categories will range from "under 25" to "45 and older" (replacing the current "25 and older" bracket).

Army Recruitment

Thirty-five students from the medical and pharmaceutical departments of Bratsk Medical College were expelled shortly after taking their state examinations. According to the students, the decision was made after the exams had already been completed, and they were not shown their final results. They also maintain that none of them had any outstanding academic debts. The expelled male students were encouraged to sign contracts with the Ministry of Defense and go to war, while female students were told they could retake the exams in six months if each paid 86,000 rubles [$1,190]. After the story attracted media attention, the Ministry of Health of the Irkutsk region stated that the expulsions had resulted from a "technical error" during the processing of state exam results. The expulsion orders were subsequently revoked, and the students were allowed to continue their final certification process.

Tomsk State University has launched a "free UAV operator training program" open to applicants from the Tomsk region and neighboring regions. Participants are promised placement in a UAV unit upon completion of the course, while those traveling from other cities are offered free transportation, accommodation, and meals during the training period. According to the program's website, the training is conducted at Tomsk State University, and participants who successfully complete the course receive a certificate issued by the university. The program consists of ten days of instruction followed by two months of practical training. Applicants can choose from three tracks: UAV Operator, FPV Drone Technician, and FPV Drone Operator. The program is open to men aged 18-60 and to women aged 18-35 who have completed at least a vocational secondary education.

The head of Bashkortostan [Russia's constituent republic] announced that the region's BARS (Special Combat Army Reserve) volunteer unit, tasked with protecting industrial facilities, will consist of 300 personnel. These troops will be organized into approximately 100 mobile fire teams.

Mobilized Soldiers, Contract Soldiers and Conscripts

Former Tomsk State University student Artyom Matveyev, who had signed a contract with the MoD, was killed on the frontline. According to his aunt, Matveyev signed the contract in order to "work with drones," but after completing training at a military range, he was assigned to the 247th Air Assault Regiment of the 7th Guards Air Assault Division of the Russian Airborne Forces. He ultimately ended up in forward positions, where he was killed under unknown circumstances.

Sverdlovsk region Governor Denis Pasler signed a decree establishing a registry of regional residents killed in the war against Ukraine and other armed conflicts. The registry will include servicemen whose remains are buried in military cemeteries located within the region. Special commissions will be created to collect information on the deceased and submit it annually by March 1. The registry will be maintained in both paper and electronic form and is intended to be published online for public access. Each entry will include information about the individual’s military awards as well as a biographical summary. The registry will include participants in the wars in Ukraine, Chechnya [Russia's constituent republic], and Afghanistan.

Sentences, Legal Proceedings and Incidents

A criminal case on robbery charges has been opened against Ion Dmitriyev, a serviceman from Russia’s republic of Sakha (Yakutia) who was awarded the Order of Courage. A court denied investigators’ request to arrest him and declined to place him in a pre-trial detention center. Dmitriyev himself stated that he had pleaded guilty and planned to return to the front line. The 29-year-old gained public attention in late 2025 after pro-government media outlets publicized what they described as his feat: allegedly "single-handedly defending a village in the DPR for a month." According to those reports, Dmitriyev had volunteered for military service, and the events took place in February 2025 in the village of Burlatskoye. Following the publicity, he appeared at public pro-war events and received an award from the head of the republic of Sakha (Yakutia).

The Southern District Military Court has sentenced 29-year-old Ukrainian prisoner of war Dmytro Lebedev to 17 years of imprisonment for participation in a terrorist community and terrorist training. The prosecution accused the service member of serving in the Azov Brigade. However, during the investigation, he identified himself as a marine, and his military ID, confirming his affiliation with that specific branch of the military, was attached to the case files. Yet, right before closing arguments, Lebedev unexpectedly stated that his military ID "is actually fake and served as a cover," and that he himself had fought in the Azov Brigade special forces detachment. His real documents had allegedly burned during street fighting in the city of Mariupol.

The same court has sentenced 45-year-old Azov Brigade fighter Vasyl Mukhin to 20 years in a maximum security penal colony under articles concerning participation in a terrorist community and terrorist training. According to the prosecution, he joined the unit in 2015 and was captured in May 2022.

FSB officers have detained a Rybinsk resident born in 2003 on suspicion of attempting a terrorist attack. The court has already sent him to a pre-trial detention center. The FSB claims that the young man acted on instructions from Ukrainian intelligence services, who blackmailed him with a "charge of financing a terrorist organization." The detainee allegedly carried out assignments for "Ukrainian handlers" over a "prolonged period," and law enforcement officers documented "several episodes of his unlawful activity at energy and transportation infrastructure facilities." The young man was detained while attempting to plant an improvised bomb at a railway facility.

The Saint Petersburg City Court has sentenced local resident Sergey Sakharov to 12 years of imprisonment under the article on sabotage. According to investigators, in the early hours of Jan. 18, 2025, Sakharov set fire to a locomotive at the Ruchyi railway station. As a result, the driver's cab was completely burned out and the high-voltage chamber of the locomotive was partially destroyed. The damage was estimated at 6.5 million rubles [$89,700]. The man was detained the day after the arson. According to his mother, since February 2022, he had been in a legal dispute with a draft office after refusing to serve in the army due to health problems and a rejection of violence. Shortly before the arson, Sakharov "started constantly receiving calls from someone via a messenger." Subsequently, he pleaded guilty to the arson, but specified that at the time he "was under psychological influence."

The FSB has detained a resident of the Orenburg region born in 2008 in a high treason case. Law enforcement officers claim that the youth "proactively established contact via Telegram with a representative of the Main Directorate of Intelligence of the Ministry of Defense of Ukraine." Following this, he began collecting information on critical infrastructure facilities "for subsequent transmission to the Ukrainian side in order to launch drone strikes against them." The detainee was placed in a pre-trial detention center.

The Maykop City Court has sent Andrey Shcherbakov to a pre-trial detention center in a high treason case. He is accused of carrying out tasks to "discredit the authorities" in Russia. According to investigators, the man, being an opponent of the war, contacted the administrator of an unspecified Telegram channel in 2025. He provided his name and region, and then received an assignment. To complete it, he filmed unspecified railway stations and their access tracks. In the summer of 2025, he received an assignment to set fire to a locomotive along with instructions on creating an incendiary mixture—however, he refused to fulfill the request, citing the tightened security regime at the stations. In early September 2025, the man threw a pig's head onto the territory of a mosque in the Kozet aul and filmed it. According to investigators, this was also an assignment—this time aimed at "stoking ethnic and interfaith discord." For completing it, the executor was transferred $500. On Sept. 14, law enforcement detained the man. For the pig's head, a magistrate court fined Shcherbakov 50,000 rubles [$690] in December under the article on offending the feelings of believers.

FSB officers detained a woman born in 1967 in Russian-annexed Crimea on suspicion of high treason. Authorities are holding her in custody. According to the Memorial Rights Defense Center, the woman is Marina Kovalenko, 58, a former director of an arts school in Luhansk. According to the FSB, Ukraine’s Security Service recruited her while she was crossing the border with Poland, using her son’s service in the Armed Forces of Ukraine as leverage. Acting on instructions from her handlers, Kovalenko gathered and passed information "on the activities of scientific, educational and other institutions in the Luhansk People’s Republic and the Republic of Crimea to which she had access through her work." She was also required to track the movement of Russian military vehicles. According to the Memorial Human Rights Defense Center, Kovalenko was abducted on June 10, 2025, in Alushta and held in isolation in pre-trial detention for more than eight months without being charged.

The Moscow City Court sentenced Roman Karetsky, 59, a Saratov native, to 13 years in a maximum security penal colony on charges of attempted high treason and smuggling of toxic or explosive substances, weapons, equipment, technology and scientific and technical information. The specific nature of the charges has not been disclosed.

A court established by Russia in Sevastopol sentenced Leonid Goretsky, 50, a Simferopol resident, to 17 years in a maximum security penal colony on charges of high treason and illegal possession of explosives and explosive devices. According to investigators, in January 2025 Goretsky traveled to Sevastopol on instructions from Ukrainian intelligence to move explosives from one cache to another. The FSB detained him shortly afterward.

The Krasnodar Regional Court has sentenced Sergey Rostavetsky, 33, from Novorossiysk, to 18 years in a maximum security penal colony in a treason case. According to law enforcement, Rostavetsky joined a public chat used by Ukrainian intelligence services in May 2023. In August, he published photographs and information about "forces and resources of a border outpost unit" there, which he had obtained while serving in the military in Novorossiysk.

Vladimir Yevstigneyev, a former member of the Communist Party of the Russian Federation from Russia's constituent Republic of Komi, has been revealed to be one of two residents of the republic shot by the FSB officers on suspicion of preparing an explosion at an oil facility. In a statement from April 27, the FSB claimed that the men had planned to blow up the facility using drones carrying improvised explosive devices and had "offered armed resistance" during detention. Izvestia [The News, a Russian pro-Kremlin daily broadsheet newspaper and a news channel] has published a photo of Yevstigneyev's driver's license and his wife's bank card, which were allegedly found among the belongings of the killed man. The article also included a new photo of Yevstigneyev's body at the murder scene, with his bloodied face blurred out, and a photo of his grave at the cemetery, with the date of death listed as April 24, 2026. Mediazona [independent Russian media outlet] has confirmed that the same date appears in state registries. Vazhnyye Istorii [IStories, independent Russian investigative media outlet] has verified that Yevstigneyev's tax identification number was invalidated on the same day.

Longreads

Vazhnyye Istorii has examined court sentences to study how Russian servicemen injure themselves and fellow soldiers or pass off injuries not sustained in combat as combat wounds to receive benefits.

Mediazona has published an article on the war's devastating impact on the lives of the Galka family from the Zaporizhzhia region of Ukraine. 47-year-old Nonna Galka and her nephew Viktor were sentenced to 15 years by a Russian court on charges of espionage. Nonna's older sister Natalya passed away two months after her detention. Lyudmila, their mother, died before seeing her daughters released. Last year, one of Natalya's two sons was killed on the frontline, and the second continues to serve in the AFU.

The Cherta [Boundary] independent online media outlet has interviewed human rights advocates and researchers from the Civic Evidence group about the system for handling civilian prisoners from Ukraine and the effect it has on Russia.

В первые три месяца 2026 года 56 из 89 записанных в конституцию РФ регионов (с учётом оккупированных территорий Украины) показали дефицит бюджета, говорится в докладе Счётной палаты. Год назад I квартал с дефицитом закрыли 46 регионов. В 2022 году таких регионов было шесть. Высокий уровень дефицита (более 10% к доходам) наблюдается в 35 регионах (+12 год к году). Профицит наблюдается в 34 регионах (-10 регионов год к году). В 23 из них профицит не превысил 5 млрд рублей. Совокупный профицит консолидированных бюджетов всех регионов — 140 млрд рублей. Это в 2,4 раза меньше, чем в прошлом году и почти в 4,5 раза меньше, чем в 2024-м. Расходы региональных бюджетов в I квартале достигли 5,37 трлн рублей.

ФСБ планирует снизить проходные баллы по физической подготовке для кандидатов на военную службу по контракту в органах безопасности, а также для поступающих в образовательные организации ведомства. Сильнее всего нормативы смягчат для возрастных мужчин. При этом для кандидатов в подразделения специального назначения ФСБ требования, наоборот, ужесточаются. Новый документ должен заменить действующий приказ ФСБ от 2016 года. В обновлённой версии документа, помимо пересмотра минимальных требований к физподготовке, вводится новая возрастная шкала: для мужчин самой младшей станет единая категория «до 25 лет», затем, как и сейчас, будет идти категория «25–29 лет», а группа «старше 30 лет» будет раздроблена на несколько, самой возрастной из которых будет «50 лет и старше». Для женщин младшая категория также будет начинаться с «до 25 лет», а заканчиваться категорией «45 лет и старше» (вместо 25 лет и старше).

Набор в армию

В Братском медицинском колледже отчислили 35 студентов лечебного и фармацевтического отделений. Об этом сообщила журналистка Елена Кутергина со ссылкой на самих учащихся. По словам студентов, решение приняли после сдачи государственного экзамена, при этом им не показали итоговые результаты. Учащиеся утверждают, что академических задолженностей у них не было. Отчисленным юношам предложили подписать контракт с Минобороны и отправиться на войну. Студенткам же предложили заплатить по 86 000 рублей с человека, чтобы через полгода повторно сдать экзамены. После появления информации в СМИ Министерство здравоохранения Иркутской области заявило, что ситуация с отчислением студентов возникла из-за «технической ошибки» при выгрузке результатов госэкзамена. Позже решение об отчислении было отменено, а учащихся допустили к дальнейшему прохождению итоговой аттестации.

Томский госуниверситет организовал «бесплатное обучение на оператора БПЛА» для всех желающих из области и соседних регионов. Им гарантируют «попадание в часть БПЛА после обучения», а для иногородних оплачивают проезд, проживание и питание на время обучения. На сайте курса указано, что обучение проходит на базе университета, а «участники, успешно завершившие программу, получают документ об обучении от Томского государственного университета». Обучение длится 10 дней, а затем следует два месяца практики. На программу берут мужчин 18–60 лет, а также девушек с образованием «не ниже среднего профессионального» от 18 до 35 лет. Программа проходит по трём направлениям: «Оператор БПЛА», «Техник ФПВ-дронов» и «Оператор ФПВ-дронов».

Глава Башкортостана заявил, что в состав регионального отряда БАРС для защиты объектов промышленности войдут 300 человек. Из них будет сформированы около ста манёвренных огневых групп.

Мобилизованные, контрактники и срочники

На фронте погиб бывший студент Томского государственного университета Артём Матвеев, который заключил контракт с Минобороны. По словам его тёти, Матвеев подписал контракт, чтобы «работать с беспилотниками», однако после подготовки на полигоне его направили в 247-й десантно-штурмовой полк 7-й десантно-штурмовой дивизии ВДВ. В итоге Матвеев оказался на передовой, где и погиб — когда и при каких обстоятельствах, родственница не уточнила.

Глава Свердловской области Денис Паслер подписал указ о создании поимённого списка жителей региона, которые погибли на войне с Украиной и в других вооружённых конфликтах. В него войдут военные, чьи останки погребены в воинских захоронениях, расположенных на территории области. В регионе создадут комиссии, которые будут собирать данные о погибших и передавать ежегодно в срок до 1 марта. Список будет вестись на бумажном и электронном носителях, его собираются публиковать в свободном доступе в интернете. К информации о каждом погибшем будут прилагаться данные о его наградах и справка о нём. В список попадут участники войн в Украине, Чечне, Афганистане.

Суды, приговоры, происшествия

На военного из Якутии Иона Дмитриева, награждённого орденом Мужества, завели дело о разбое (ст. 162 УК РФ). Суд отказал следствию, просившему арестовать военного, и не стал отправлять мужчину в СИЗО. Сам Дмитриев заявил, что признал вину и планирует вернуться на фронт. 29-летний Дмитриев получил известность в конце 2025 года, когда пропагандисты рассказали о его подвиге —- якобы он в течение месяца «один держал оборону села в ДНР». Утверждалось, что мужчина пошёл на фронт добровольцем, а описанные события произошли в феврале 2025 года в селе Бурлацкое. После этого Дмитриев выступал на публичных пропагандистских мероприятиях и получил награду от главы Якутии.

Южный окружной военный суд приговорил 29-летнего украинского военнопленного Дмитрия Лебедева к 17 годам лишениям свободы по статьям об участии в террористическом сообществе (ч. 2 ст. 205.4 УК РФ) и обучении терроризму (ст. 205.3 УК РФ). Обвинение вменяло военному службу в «Азове», однако сам он на следствии называл себя морским пехотинцем, а к материалам дела был приложен его военный билет, подтверждающий принадлежность именно к этому роду войск. Однако уже перед прениями Лебедев неожиданно рассказал, что его военный билет «на самом деле является липовым и служил для прикрытия», а сам он воевал в отряде специального назначения «Азов». Его настоящие документы якобы сгорели во время уличных боев в Мариуполе.

Тот же суд приговорил 45-летнего бойца «Азова» Василия Мухина к 20 годам колонии строго режима по статьям об участии в террористическом сообществе (ч. 2 ст. 205.4 УК РФ) и обучении терроризму (ст. 205.3 УК РФ). По данным прокуратуры, к полку он присоединился в 2015 году, а в мае 2022 года попал в плен.

Сотрудники ФСБ задержали жителя Рыбинска 2003 года рождения, подозреваемого в покушении на теракт (ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 205 УК РФ). Суд уже отправил его в СИЗО. В ФСБ утверждают, что молодой человек действовал по заданию украинских спецслужб, которые шантажировали его «за перечисление денежных средств в адрес террористической организации». Задержанный якобы «продолжительное время» выполнял поручения «украинских кураторов», и силовики задокументировали «несколько эпизодов его противоправной деятельности на объектах энергетической и транспортной инфраструктуры». Молодого человека задержали, когда он пытался заложить самодельную бомбу на железнодорожном объекте.

По данным «Фонтанки», за 2026 год в Санкт-Петербурге и Ленинградской области несовершеннолетними было совершено 15 поджогов, за них задержаны 18 школьников в возрасте от 8 до 17 лет. Девять случаев произошли в Петербурге, ещё шесть — в Ленобласти. При этом за весь 2025 года было зафиксировано 14 поджогов, за 2024-й — восемь, а в 2023-м — пять. Средний возраст поджигателя в 2023 году составлял 15 с половиной лет, в 2024-м — 14 с половиной, в 2025-м — 13 с половиной, а в 2026 году — уже 13 лет. Также различаются позиции следственных комитетов города и области по привлечению несовершеннолетних к ответственности. Если в Петербурге все эпизоды квалифицированы как теракт (ст. 205 УК РФ), то в Ленобласти — как умышленное уничтожение или повреждение имущества (ч. 2 ст. 167 УК РФ). В первом случае обвиняемые подсудны окружным военным судам, а во втором — дела рассматривают обычные суды. Как правило, военные суды назначают наказание от четырёх до шести лет лишения свободы.

Петербургский городской суд приговорил местного жителя Сергея Сахарова к 12 годам лишения свободы по статье о диверсии (п. «б» ч. 2 ст. 281 УК РФ). По версии следствия, в ночь на 18 января 2025 года Сахаров поджёг тепловоз на железнодорожной станции Ручьи. В результате полностью выгорела кабина машиниста и частично — высоковольтная камера тепловоза. Ущерб оценили в 6,5 млн рублей. Мужчину задержали на следующий день после поджога. По словам его матери, он с февраля 2022 года судился с военкоматом после отказа служить в армии из-за проблем со здоровьем и неприятия насилия. Незадолго до поджога Сахаров «начал постоянно получать от кого-то звонки через мессенджер». Впоследствии он признал вину в поджоге, но уточнил, что тогда «находился под психологическим влиянием».

Сотрудники ФСБ задержали жителя Оренбургской области 2008 года рождения по делу о госизмене (ст. 275 УК РФ). Как утверждают силовики, юноша в телеграме «инициативно установил контакт с представителем Главного управления разведки Минобороны Украины». После этого он стал собирать информацию об объектах критической инфраструктуры «для последующей передачи украинской стороне в целях нанесения по ним ударов беспилотными летательными аппаратами». Задержанного поместили в СИЗО.

Майкопский городской суд отправил в СИЗО по делу о госизмене (ст. 275 УК РФ) Андрея Щербакова. Ему вменяют выполнение задач для «дискредитации властей» в России. По версии следствия, мужчина, будучи противником войны, в 2025 году связался с администратором телеграм-канала, название которого не уточняется. Он указал имя и свой регион, а затем получил задание. Для его выполнения он снял на видео железнодорожные станции, названия которых не уточняются, а также подъездные пути к ним. Летом 2025 года к нему поступили задание поджечь локомотив и инструкция по созданию зажигательной смеси — однако выполнить запрос он отказался, сославшись на усиленный режим охраны станций. В начале сентября 2025 года мужчина подбросил свиную голову на территорию мечети в ауле Козет и снял это на видео. По версии следствия, это тоже было заданием — на этот раз с целью «разжигания межнациональных и межконфессиональных разногласий». За его выполнение исполнителю перечислили 500 долларов. 14 сентября силовики задержали мужчину. За свиную голову в декабре мировой суд оштрафовал Щербакова на 50 000 рублей по статье об оскорблении чувств верующих (ч. 2 ст. 148 УК РФ).

Сотрудники ФСБ задержали в аннексированном Крыму женщину 1967 года рождения, подозреваемую в госизмене (ст. 275 УК РФ). Она находится в СИЗО. Как указывает правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», речь идёт о бывшей директрисе школы искусств в Луганске, 58-летней Марине Коваленко. По версии ФСБ, Служба безопасности Украины завербовала женщину при пересечении границы с Польшей, а «как основа для вербовки» использовался «факт зависимости»: сотрудник российского ведомства на видео сообщил, что сын Коваленко служит в ВСУ. Далее Коваленко по заданию куратора собирала и передавала информацию «о деятельности научных, образовательных и других учреждений ЛНР и Республики Крым, к которым имела доступ по работе». Кроме того, от женщины «требовалось установление передвижения военной техники» российских войск. По данным «Мемориала», Коваленко похитили ещё 10 июня 2025 года в Алуште. После этого женщину более восьми месяцев держали в изоляции в СИЗО без предъявления обвинения.

Мосгорсуд приговорил 59-летнего уроженца Саратова Романа Карецкого к 13 годам колонии строгого режима по обвинению в попытке госизмены (ч. 1 ст. 30, ст. 275 УК РФ) и контрабанды отравляющих или взрывчатых веществ, вооружения либо оборудования, технологий и научно-технической информации (ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 226.1 УК РФ). Что именно вменяли мужчине, неизвестно. Его арестовали не позднее сентября прошлого года. Судя по тексту приговора, также идёт рассмотрение дела в отношении других задержанных и иных неустановленных лиц.

Созданный Россией «Севастопольский городской суд» приговорил 50-летнего жителя Симферополя Леонида Горецкого к 17 годам колонии строгого режима по делу о госизмене (ст. 275 УК РФ) и незаконном хранении взрывчатых веществ и взрывных устройств (п. «в» ч. 3 ст. 222.1 УК РФ). По версии следствия, в январе 2025 года Горецкий по заданию украинской разведки приехал в Севастополь с целью перепрятать взрывчатку из одного тайника в другой. После этого мужчину задержали сотрудники ФСБ.

Краснодарский краевой суд приговорил 33-летнего жителя Новороссийска Сергея Роставецкого к 18 годам колонии строгого режима по делу о госизмене (ст. 275 УК РФ). По версии силовиков, в мае 2023 года мужчина вступил в открытый чат, который использовали украинские спецслужбы, а в августе опубликовал там фотографии и информацию о «силах и средствах отделения пограничной заставы», которую он получил во время прохождения военной службы в Новороссийске.

Бывший член КПРФ из Коми Владимир Евстигнеев был одним из двух жителей республики, застреленных сотрудниками ФСБ по подозрению подготовке взрыва на нефтяном предприятии. В сообщении от 27 апреля спецслужба утверждала, что мужчины собирались подорвать предприятие с помощью беспилотников с самодельными бомбами, а при задержании «оказали вооружённое сопротивление». Теперь же прокремлёвская газета «Известия» опубликовала фото водительского удостоверения Евстигнеева и банковской карты его супруги, которые, как утверждается, были найдены в вещах убитого. В материал также включили новое фото его тела на месте убийства с заблюренным лицом в крови и фото могилы на кладбище. Там в качестве даты смерти указано 24 апреля 2026 года — эта же дата смерти значится и в государственных реестрах, убедилась «Медиазона». Как удостоверились «Важные истории», в тот же день был признан недействительным ИНН мужчины.

Лонгриды

«Важные истории» на основании приговоров судов изучили, как военные наносят себе и сослуживцам увечья или выдают за боевые ранения травмы, полученные не на войне ради получения выплат.

«Медиазона» рассказывает, как война разрушила жизнь семьи Галок из Запорожской области: 47-летняя Нонна Галка и её племянник Виктор отбывают 15 лет по обвинению в шпионаже, старшая сестра Нонны Наталья погибла через два месяца после задержания, а их мать Людмила умерла, не дождавшись дочерей на воле. В прошлом году на фронте погиб один из сыновей Натальи — второй продолжает служить в ВСУ.

«Черта» поговорила с правозащитниками и исследователями из группы Civic Evidence о том, как система обращения с гражданскими пленными из Украины меняет Россию.

With only two weeks remaining until the end of June, it is already possible to draw some preliminary conclusions from the past two months, which have highlighted the growing challenges facing the Russian Armed Forces. As noted earlier, the pace of Russian advances in May was exceptionally slow. Although the rate of advance has picked up somewhat in June, the increase has not been significant enough to suggest any fundamental shift in the trend. Nor is there much reason to expect the Russian offensive to accelerate dramatically over the remaining weeks of the month.

The town of Kostiantynivka, which forms the southern flank of the Sloviansk-Kramatorsk axis, is currently the primary objective of the Russian offensive. Russian forces are likely to prioritize its capture above all else. RuAF commanders have also already claimed control of most of the town well ahead of the actual situation on the ground.

The town is divided into two parts by the Kryvyi Torets River. Russian assault troops began infiltrating its western (southwestern) half long ago from the direction of the villages of Illinivka and Berestok, where a tactically advantageous elevation provides favorable conditions for UAV operators. Russian forces gradually built up their presence in these villages before expanding into Kostiantynivka itself. The priority given to the Kostiantynivka direction is also reflected in the sheer volume of air-dropped bombs and drones being employed there.

On June 11, the day before Russia Day, Russian servicemen published—before later deleting from their Telegram channel—a large collection of flag-raising videos filmed in western Kostiantynivka during May. While such flag-planting videos are not normally reliable evidence of territorial control, this case appears to be different. Taken together with the other available information, the footage suggests that the RuAF now exercises near-complete control over the western part of the town.

In early June, we reported that Russian assault troops had already begun appearing in the town center, while the outskirts had come under Russian control. Ukrainian sources are also reporting a deterioration in the situation for the Armed Forces of Ukraine. In this context, the numerous videos emerging from the area are more indicative of Russian control over the western part of the town than of a mere infiltration operation, as was the case, for example, in the village of Stepnohirsk in the Zaporizhzhia region, where assault groups penetrated the village only to be eliminated afterward.

Nevertheless, there is no reason to conclude that the entire town will fall in the near future. On the contrary, established AFU General Staff practice suggests that any decision to withdraw will be delayed as long as possible. Commander-in-Chief Oleksandr Syrskyi's approach has been to hold positions he considers important at virtually any cost, even when troops are effectively encircled. Although the DeepState map presents a relatively optimistic picture for the AFU in this direction, it still reflects the difficult situation of Ukrainian forces in central and southern Kostiantynivka. However, in the northern part of the town, troops may be able to hold out for an extended period even after conventional supply routes become unusable, as current battlefield conditions allow essential supplies to be delivered by drones. It is also possible that Ukrainian forces will conduct media-oriented actions, including filming flag-raising videos in western Kostiantynivka, in order to officially rebut Russian claims of control over that part of the town.

In addition to operations within the town itself, Russian forces continue to exert pressure on Ukrainian logistics north of Kostiantynivka, specifically by attempting to sever supply routes near the village of Oleksiievo-Druzhkivka and the town of Druzhkivka. This is increasingly complicating the AFU's position in Kostiantynivka and facilitating further Russian advances.

At the same time, the AFU has reportedly achieved some success in the Dnipropetrovsk region near the borders of the Zaporizhzhia and Donetsk regions. Footage has been published showing Russian drone strikes against Ukrainian positions near the villages of Komyshuvakha, Zaporizke and Novohryhorivka. The locations of these strikes suggest that Ukrainian forces have advanced toward the Velyka Novosilka-Uspenivka highway.

According to Clément Molin, the AFU has been conducting two localized counteroffensives in recent weeks. The previously mentioned one, in the Novopavlivka direction, and another in the Lyman direction, on a section sometimes also referred to as the Rubtsi direction. Over the past several weeks, reports have emerged that Ukrainian forces, advancing from the village of Rubtsi, attacked Russian positions near the villages of Ridkodub and Katerynivka. Given these AFU advances, it is possible that by the end of June, some monitoring projects will record close to zero—or even negative, after accounting for liberated territory—net territorial gains by the RuAF.

Playfra, citing information likely based on reports from Ukrainian military personnel, mentioned encouraging news for the AFU coming from one of the directions (possibly the Novopavlivka direction). At the same time, the situation around Kostiantynivka appears almost hopeless.

Russian infiltration operations continue near the village of Kupiansk-Vuzlovyi, which may be considered part of either the Kupiansk or Borova direction. Videos have appeared showing Russian flags in the village of Kivsharivka and on the northern outskirts of the village of Hlushkivka.

Ukrainian and Russian Strikes 

Ukrainian forces continue to actively target Russian trucks on the R-280 "Novorossiya" [New Russia] highway with medium-range strike drones. As of now, Molin has counted 415 confirmed strikes since the beginning of May—roughly ten per day. Although visual confirmation footage is not available for every truck reportedly hit, the number of strikes—even if the actual figure is closer to 100 per day—is still not high enough to support claims that Ukraine has established fire control over the route or effectively severed the land corridor to Crimea. We consider strikes on the bridges and pontoon crossings connecting Crimea with the occupied part of the Kherson region to be more effective. These crossings are located near Henichesk, between the Dzhankoi checkpoint and Chonhar, and near Armyansk. Such strikes have caused traffic jams of cargo trucks. One of them can be seen in satellite imagery of the pontoon crossing near Chonhar. These concentrations of vehicles become relatively easy targets for Ukrainian drones. Although these bridges and crossings are often closed after strikes, traffic can usually be restored fairly quickly, at least for light vehicles. As far as we understand, heavy trucks primarily rely on the pontoon crossings.

In the early hours of June 15, Russia launched a large-scale aerial strike across Ukraine. According to the Air Force of the AFU, the attack involved 611 UAVs of various types and 70 missiles: six 3M22 Zircon anti-ship missiles, 34 Iskander-M mobile short-range ballistic missiles and S-400 (RM-48U) missiles, as well as 30 Kh-101 and Iskander-K cruise missiles.

The strike on Kyiv resulted in five fatalities and 35 injuries. Ukrainian President Volodymyr Zelenskyy stated that two UAVs hit the Kyiv-Pechersk Lavra, while the Security Service of Ukraine (SBU) released images of debris from a Shahed-136 (Geran-2) loitering munition. The impact sparked a fire in the Dormition (Uspensky) Cathedral. Additionally, the roof of the adjacent building of the National Art and Cultural-Museum Complex "Mystetskyi Arsenal" caught fire in the attack. The strike also set ablaze the building of the Dovzhenko National Film Studios. According to Culture Minister Tetiana Berezhna, the costume workshop was damaged, and the largest and oldest costume collection in Ukraine was destroyed.

The Russian MoD claimed that a UAV production and preparation facility was struck at the film studio, while the Lavra was hit by a Ukrainian anti-aircraft missile, possibly an expired one.

In Dnipro, a strike hit the House of Organ and Chamber Music, a building constructed in the early 20th century.

On the evening of June 14, in the city of Kharkiv, the roof of the Art Museum caught fire after being struck by a drone. A subsequent strike killed four first responders from the State Emergency Service of Ukraine and one civil defense specialist from the Kharkiv Regional Military Administration. Five other people were injured.

It is worth noting that on June 10, a Ukrainian drone struck the building of the panorama museum "Defense of Sevastopol 1854-1855" in Sevastopol, reportedly causing significant damage. It can be assumed that the strikes on Ukrainian cultural sites on June 14-15 were not coincidental, but were carried out in retaliation.

Both sides continue to target energy infrastructure. On June 13, Ukrainian strikes on energy facilities in the occupied part of the Zaporizhzhia region resulted in a complete power outage across the entire occupied territory of the Kherson region.

Also on June 13, Russian drones attacked the Kryvyi Rih Thermal Power Plant in Zelenodolsk, Dnipropetrovsk region. The extent of the damage is currently unknown.

During an AFU briefing, Colonel Oleksandr Zaruba, a senior researcher at the Ukrainian State Scientific Research Institute for Testing and Certification of Arms and Military Equipment, reported that Russia is continuing to modernize its Iskander missiles. Specifically, he highlighted the "Iskander-1000" (9M723-2) model, which boasts a range of up to 1,000 kilometers [620 miles]. While our previous sitreps detailed Russia's use of the 9M729 long-range cruise missile, current developments point toward a long-range ballistic modification. It is worth noting that intercepting ballistic missiles is significantly more difficult than stopping cruise missiles; only SAMP/T systems and Patriot systems equipped with PAC-3 anti-aircraft missiles are capable of doing so. Furthermore, Russia is upgrading the electronics within Iskander missiles—utilizing a new processor that allows image data from the missile's cameras to be processed more efficiently—while also experimenting with air defense countermeasures.

Colonel Zaruba also detailed a new version of the Kh-101 cruise missile featuring a reduced fuel tank. This modification shortens the flight range from 5,500 to 2,500 kilometers [3400 to 1550 miles], but allows for the installation of an additional warhead weighing between 350 and 510 kilograms [770 and 1120 lbs], supplementing the main 450-kilogram [990 lbs] warhead. The integration of an additional warhead on these missiles was first reported in January 2025.

In addition, the Russian army is significantly expanding its use of new cruise missiles (some media outlets refer to them as "jet-powered drones"):

• Geran-3 (range: 1,500 km [932 mi]; warhead weight: 50-90 kg [110-198 lbs]);
• Geran-4 (range: 850 km [528 mi]; warhead weight: from 50 kg [110 lbs]);
• Geran-5 (range: more than 600 km [373 mi]; warhead weight: from 60 kg [132 lbs]).

Since the beginning of 2026, Russian forces have launched approximately 1,400 of these cruise missiles. For example, on June 12, footage was published showing a Geran-5 cruise missile flying over the Sumy region. In comparison, Ukrainian air defense forces recorded only 180 similar incidents during the whole of 2025. These cruise missiles require specialized infrastructure, and we have previously reported on the construction of so-called "drone ports."

Ukraine’s Ministry of Foreign Affairs reported that additional anti-aircraft missiles for Patriot air defense systems have been secured. These are munitions that are approaching the end of their service life or have already exceeded their official expiration date. Instead of being dismantled, they may be transferred to the AFU for operational use.

About two months ago, British newspapers reported that, despite Keir Starmer’s promises, the British government was not seizing vessels of Russia’s "shadow fleet" because of concerns that maintaining them would cost tens of millions of pounds. On June 14, the UK Ministry of Defence announced the detention of the oil tanker SMYRTOS in the English Channel. The operation involved Royal Marine Commandos, the National Crime Agency, helicopters of the Royal Navy Fleet Air Arm, a Royal Air Force P-8 aircraft, as well as the frigate HMS Sutherland and the minesweeper HMS Ledbury. It is unclear to us why such a large amount of equipment was used, but it can be assumed that an operation of this scale was very expensive.

We need your support to continue our efforts. Please consider making a monthly donation to CIT through our fundraising page or Patreon.

До конца июня осталось всего две недели, и можно подводить предварительные итоги двух месяцев, показавших, насколько тяжёлым стало положение в ВС РФ. Напомним, в мае темп продвижения был крайне низким. В июне он немного вырос, но не настолько, чтобы говорить о кардинальном изменении тренда. Также не стоит ожидать, что в оставшиеся недели наступление ВС РФ резко ускорится.

Константиновка, будущий южный фланг славянско-краматорского направления, сейчас является приоритетной целью российского наступления, её будут стремиться захватить как можно скорее. К тому же командование ВС РФ уже объявило «в кредит» о захвате большей части города. Он разделён на две части рекой Кривой Торец, и в его западную (юго-западную) половину российские штурмовики начали проникать уже очень давно со стороны села Ильиновка и посёлка Бересток (там находится тактическая высота, удобная для операторов БПЛА). В этих населённых пунктах штурмовики накапливались и постепенно занимали позиции в самой Константиновке. Приоритетность константиновского направления также подтверждается огромным количеством применяемых авиабомб и беспилотников.

11 июня, накануне Дня России, российские военные опубликовали (позднее удалив из своего телеграм-канала — прим. CIT) целую подборку видеозаписей с флагами, снятых в западной части Константиновки в мае. И хотя обычно такие «флаговтыки» не являются доказательством захвата территории, в данном случае, исходя из всей имеющейся информации, мы пришли к выводу, что ВС РФ практически контролируют западную часть города. В начале июня мы рассказывали, что штурмовики уже появляются в его центре, а окраины перешли под российский контроль. Украинские источники также сообщают об ухудшении ситуации для ВСУ. В этом контексте многочисленные видеозаписи скорее говорят о захвате западной части города, а не об инфильтрации (как было бы в случае, например, Степногорска Запорожской области) с последующим уничтожением большей части штурмовиков. Тем не менее, нет оснований предполагать, что весь город скоро падёт. Напротив, сложившаяся практика показывает, что Генштаб ВСУ будет до последнего затягивать с решением об отходе: подход главкома Александра Сырского состоит в удержании важных, по его мнению, позиций любой ценой, даже если солдаты оказались фактически окружены. Хотя карта DeepState довольно оптимистична для ВСУ на этом направлении, на ней заметно сложное положение украинских войск в центре и на юге Константиновки. В северной же части солдаты могут оставаться ещё долго, даже когда нормальное снабжение станет невозможным — в текущих реалиях войны самое необходимое вполне можно доставлять дронами. Также возможно проведение украинскими военными ответных акций по съёмке видео с флагами в западной части Константиновки ради официального «опровержения» российских заявлений о контроле над этой частью города.

Помимо действий в городе, российские войска продолжают оказывать давление на украинскую логистику к северу от него, а именно пытаются перерезать дороги снабжения в районе Алексеево-Дружковки и Дружковки. Это всё больше осложняет положение ВСУ в Константиновке и способствует продвижению ВС РФ.

В свою очередь, у ВСУ отмечаются некоторые успехи в Днепропетровской области вблизи границы с Запорожской и Донецкой областями. Опубликовано видео ударов российскими беспилотниками по украинским позициям в районе сёл Камышеваха, Запорожское и Новогригоровка, что говорит об украинском продвижении к трассе Великая Новосёлка — Успеновка.

Клеман Молен рассказал, что в последние недели ВСУ проводят два локальных контрнаступления: вышеупомянутое на новопавловском направлении, а также на лиманском — на участке, который иногда выделяют как рубцовское направление. В последние несколько недель появлялись сообщения, что украинские военные со стороны села Рубцы атаковали российские позиции в районе сёл Редкодуб и Катериновка. Учитывая эти продвижения ВСУ, можно ожидать, что по итогам июня некоторые проекты насчитают близкое к нулю, а то и отрицательное количество захваченной ВС РФ территории (за вычетом освобождённой).

По данным исследователя Playfra, основанным, вероятно, на сообщениях украинских военных, с одного из направлений поступают обнадёживающие для ВСУ новости (возможно, речь именно про новопавловское), ситуация же в Константиновке выглядит чуть ли не безнадёжно.

Продолжается российская инфильтрация в районе посёлка Купянск-Узловой (его можно отнести как к купянскому, так и к боровскому направлению): появились видео с российскими флагами из посёлка Ковшаровка и с северной окраины села Глушковка.

Обстрелы и удары

Украинские силы по-прежнему активно атакуют «мидл-страйк»-дронами российские грузовики на трассе Р-280 «Новороссия», как её называют российские власти. На текущий момент Молен насчитал 415 подтверждённых ударов с начала мая, то есть примерно по 10 в день. И хотя кадры объективного контроля есть не по всем поражённым грузовикам, ударов (даже если их на самом деле, условно, около 100 в день) всё равно не настолько много, чтобы можно было говорить об огневом контроле и перерезании сухопутного коридора в Крым. Более эффективными мы считаем удары по мостам и понтонным переправам, связывающим Крым с оккупированной частью Херсонской области: около Геническа, между КПП «Джанкой» и Чонгаром и в районе Армянска. Эти удары приводят к возникновению пробок из грузовиков — например, такую можно увидеть на спутниковом снимке понтонной переправы в районе Чонгара. Такие скопления техники становятся довольно лёгкой целью для украинских дронов. Хотя эти мосты и переправы часто закрывают после ударов, обычно движение довольно быстро удаётся восстановить, по крайней мере для лёгкого автотранспорта. Для тяжёлых грузовиков, насколько мы понимаем, в первую очередь используются понтонные переправы.

В ночь на 15 июня Россия нанесла массированный воздушный удар по территории Украины. Согласно отчёту Воздушных сил ВСУ, было применено 611 БПЛА различных типов и 70 ракет: 6 противокорабельных ракет 3М22 «Циркон», 34 баллистических ракеты «Искандер-М» и С-400 (РМ-48У) и 30 крылатых ракет Х-101 и «Искандер-К».

В результате удара по Киеву 5 человек погибли и 35 пострадали. По словам Зеленского, по району Киево-Печерской лавры попали два БПЛА, СБУ показала фотографии обломков «Герани-2». В результате попадания в Успенском соборе возник пожар. Кроме того, загорелась кровля расположенного напротив лавры здания Национального культурно-художественного и музейного комплекса «Мистецький арсенал» («Художественный арсенал»). В результате атаки также загорелось здание Национальной киностудии имени Довженко. По словам министра культуры Татьяны Бережной, повреждён костюмный цех, уничтожена самая большая и старейшая костюмная коллекция Украины.

МО РФ заявило, что в киностудии был поражён цех по производству и подготовке к применению БПЛА большой и средней дальности, а в лавру попала украинская зенитная ракета, которая могла иметь истекший срок годности.

В Днепре удар пришёлся по зданию Дома органной и камерной музыки, построенному в начале XX века.

Вечером 14 июня в Харькове после попадания дрона загорелась кровля Художественного музея. В результате повторного удара погибли 4 спасателя ГСЧС и 1 специалист по гражданской обороне Харьковской ОВА, ещё 5 человек получили ранения.

Отметим, что 10 июня украинский дрон ударил по зданию музея-панорамы «Оборона Севастополя 1854–1855 гг.» в Севастополе, сообщается о значительных повреждениях. Можно предположить, что удары по украинским культурным объектам 14–15 июня не были случайным совпадением, а наносились в ответ.

Продолжаются удары обеих сторон по энергетической инфраструктуре. 13 июня украинские удары по объектам энергетики на оккупированной части Запорожской области привели к полному отключению электроснабжения во всей оккупированной территории Херсонской области.

Также 13 июня российские дроны атаковали Криворожскую ТЭС в Зеленодольске Днепропетровской области, масштаб повреждений неизвестен.

На брифинге ВСУ старший научный сотрудник Украинского государственного научно-исследовательского института испытаний и сертификации вооружения и военной техники полковник Александра Заруба рассказал, что Россия продолжает модернизировать ракеты комплекса «Искандер». В частности, сообщается о проекте «Искандер-1000» (9М723-2) дальностью до 1000 км. Ранее мы рассказывали о применении Россией крылатой дальнобойной ракеты 9М729, теперь же говорится о разработке дальнобойной баллистической модификации. Напомним, что перехватывать баллистические ракеты намного труднее, чем крылатые, на это способны только комплексы SAMP/T и комплексы Patriot с зенитными ракетами PAC-3. Кроме того, Россия модернизирует электронику в ракетах «Искандер» (благодаря новому процессору изображение с камер ракеты обрабатывается эффективнее), а также экспериментирует с защитой от ПВО на ракетах.

Также Заруба рассказал о новой модификации крылатой ракеты Х-101 с уменьшенным топливным баком. Это сократило дальность полёта с 5500 до 2500 км, но позволило установить дополнительную подвесную боевую часть массой 350–510 кг (масса основной БЧ составляет 450 кг). (Об установке дополнительной БЧ на эти ракеты сообщалось ещё в январе 2025 года — прим. CIT.)

Помимо этого российская армия масштабно наращивает применение новых крылатых ракет (некоторые издания называют их «реактивными беспилотниками»):

• «Герань-3» (дальность полёта 1500 км, масса БЧ 50–90 кг);
• «Герань-4» (дальность полёта 850 км, масса БЧ от 50 кг);
• «Герань-5» (дальность полёта более 600 км, масса БЧ от 60 кг).

С начала 2026 года российские войска выпустили 1400 таких крылатых ракет (например, 12 июня было опубликовано видео пролёта ракеты «Герань-5» над Сумской областью), а в 2025 году силы ПВО зафиксировали всего 180 подобных случаев. Для этих крылатых ракет нужна особая инфраструктура, и мы уже рассказывали о строительстве так называемых «дронопортов».

МИД Украины сообщил, что удалось найти дополнительные ракеты для комплексов ПВО Patriot: речь идёт о боеприпасах с истекающим сроком годности или уже просроченных. Их могут передать ВСУ вместо утилизации.

Около двух месяцев назад британские газеты писали, что, несмотря на обещания Кира Стармера, британское правительство не проводит захваты судов российского «теневого флота» из опасения, что их содержание обойдётся в десятки миллионов фунтов. 14 июня Министерство обороны Великобритании сообщило о задержании в проливе Ла-Манш судна SMYRTOS. В операции участвовали Королевская морская пехота и Национальное агентство по борьбе с преступностью, вертолёты морской авиации, самолёт ВВС P-8, а также фрегат HMS Sutherland и тральщик HMS Ledbury. Нам неясно, почему было использовано такое количество техники, но можно представить, что операция такого масштаба обошлась бюджету очень дорого.

Поддержите команду CIT на нашем сайте или через «Патреон».

Vladimir Putin signed a decree increasing the authorized strength of the Russian Armed Forces to 2,399,130, including 1,510,000 military personnel. This is the second such expansion in recent months. In March 2026, Putin set the authorized strength at 2,391,770, of which 1,502,640 were military personnel. The latest decree mandates an increase of 7,360 military personnel.

Vladimir Putin signed a decree expanding the mandate of the Defenders of the Fatherland Fund, headed by Anna Tsivilyova, his first cousin once removed. The fund can now support not only participants in the war against Ukraine and their families, but also veterans who sustained disabilities as a result of "repelling an armed invasion of Russian territory" and "armed provocations in border regions." Furthermore, the fund can assist veterans deemed unfit or of limited fitness for service by medical boards but who chose to remain in the military in positions compatible with their health conditions.

Army Recruitment

According to the Groza student media outlet, universities, colleges and draft offices have organized at least ten video-link events since the beginning of June connecting students with active soldiers who are serving in the Unmanned Systems Forces. The first outlet to highlight this shift in the Ministry of Defense's recruitment strategy was Vot Tak [Like This]. During these events, servicemen spoke to students about military service and encouraged them to sign contracts with the MoD to join the Unmanned Systems Forces. In some cases, the recruitment effort also involved students who had previously signed military contracts themselves. According to Groza, advertisements and promotional events for service in drone units have been documented at least 269 universities and colleges since January 2026.

The Ukrainian Hochu Zhit [I Want to Live] project has published a second list of students who signed contracts with the Russian MoD while still enrolled in educational institutions. The new list contains 262 individuals born between 2000 and 2008, including students from the occupied parts of the Donetsk, Luhansk and Zaporizhzhia regions, as well as from the annexed Crimea. Combined with a previously published list containing 1,059 names, the project says it has now identified 1,321 students who signed contracts with the Russian military.

A resident of Tyumen claims that her son was coerced into signing a contract with the MoD and has already been sent to the war. According to her, Konstantin Terentyev left home on the morning of May 7 and spent the day drinking with two friends. Later that day, one of his friends called her and said that Konstantin and another man were at a draft office. The woman believes that her son and his friends may have been detained for some minor offense and then taken to the draft office. Terentyev has three children and was recently diagnosed with a fractured facial bone beneath his eye and a ruptured eardrum. His mother doubts that he voluntarily decided to join the military, especially since he did not have either his passport or military ID with him. Nevertheless, he reportedly signed a contract and was sent to Yekaterinburg on May 9 and later to Rostov for training. Earlier, another Tyumen resident reported a similar case involving her brother, who has a heart defect and significant speech and mobility impairments but nevertheless ended up at war.

In the Sverdlovsk region, people with mental illnesses are increasingly being sent to fight in the war against Ukraine, according to regional human rights ombudsman Tatyana Merzlyakova. She said that "unscrupulous recruiters" have appeared in the region, including one who brought a local resident with a documented mental health condition to a recruitment center. Despite his diagnosis, the young man was sent to the front line. According to Merzlyakova, such cases are becoming "more and more common."

Mobilized Soldiers, Contract Soldiers and Conscripts

BBC News Russian, in collaboration with Mediazona [independent Russian media outlet] and a team of volunteers, has identified by name 226,055 Russian servicemen killed since the start of the full-scale invasion of Ukraine, based on open-source data. Over the week since the previous update, the list has grown by 1,036 names. More than half of all confirmed fatalities (56%) are volunteers, mobilized soldiers and convicted prisoners who went to war from penal colonies.

Additionally, BBC journalists have discovered the first obituary of a Russian citizen born in 2008 who was killed in the war. Alisher Svirin, 18, from the Moscow region, signed a contract to serve with the 123rd Motorized Rifle Brigade. He was killed on May 1, 2026, and was buried in the town of Pavlovsky Posad on May 28. The exact timing of Svirin's deployment to the frontline remains unknown, but considering his age, it is likely that he served for no more than three months. Since 2022, at least 200 Russian soldiers aged 18 have been killed.

Another death of a student who was recruited into Russia's Unmanned Systems Forces and deployed to the frontline has been reported. Ilya Ulyanov, 20, from Russia's constituent Republic of Buryatia signed a contract with the MoD on May 23, 2025, while studying in his final year at the Zakamensk Agro-Industrial Technical School. He served as a UAV operator in the communications battalion of the 37th Motorized Rifle Brigade and was killed on May 27, 2026, near the Solodke village in Ukraine's Zaporizhzhia region, which is now directly on the line of contact. This is the second known death of a student who was recruited into the UAV forces. The death of 23-year-old student Valery Averin from the Buryat Republican College of Construction and Industrial Technologies was previously reported. According to his relatives, Averin was killed two weeks after completing UAV operator training.

Sentences, Legal Proceedings and Incidents

In Russian-occupied Crimea, Russian law enforcement officers detained a resident of Kerch who filmed a military fuel truck disguised as a civilian timber truck passing along a highway. Pro-Russian Telegram channels accused the video's author of having "exposed the work methods to the enemy in order to help the Armed Forces of Ukraine organize a fuel blockade of the peninsula." Crimean blogger and informant Aleksandr Talipov, who collaborates with law enforcement, published a post asking subscribers who recognized the man's voice to report him. According to preliminary reports, the Kerch resident could face criminal charges for aiding sabotage activities.

A court in the Leningrad region placed a 17-year-old under house arrest on charges of damaging property through arson. According to investigators, in the early hours of June 10, acting on instructions from scammers who contacted him via Telegram, he set fire to two gas stations in the village of Veligonty. The blaze damaged the stations' metal exterior cladding.

The Northern Fleet Military Court sentenced three schoolboys from Apatity to prison terms of six, seven and a half, and eight years, while a fourth defendant, who had reached adulthood by the time of sentencing, was sentenced to six years in a penal colony on charges of terrorist attack. According to investigators, on April 14, 2025, two of the teenagers, acting on instructions from an unidentified Telegram contact, set fire to a communications hub operated by the company Zircon. The facility was used, among other purposes, to alert residents to emergencies and UAV attacks. One of the teenagers received about 25,000 rubles [$350] for carrying out the task. The arson caused significant damage, and the communications hub remained disrupted until June 2025. Three days later, all four teenagers set fire to two rail shunting locomotives at the Apatity station on instructions from the same contact. The damage to the Russian Railways [Russian fully state-owned railway company] exceeded 260,000 rubles [$3,590].

The Meshchansky District Court of Moscow ordered IT specialist Andrey Kharlamov held in a pre-trial detention center on charges of treason. As Mediazona reported, Kharlamov was sentenced to 15 days of administrative detention in October 2025 on a charge of petty hooliganism. No records of any subsequent administrative arrests have been reported. No other details of the treason case have been disclosed.

Children and Militarization

School No. 6 in the Belgorod region town of Gubkin reported holding a "lesson of courage" for students at its Solnyshko summer camp program, with former Wagner Group mercenaries among the invited guests. One of the speakers was Sergey Rakityansky, a war veteran who lost both legs during the assault on Bakhmut. After returning from the front, Rakityansky went into the funeral wreath business. Other mercenaries also addressed the elementary school students.

The militarization of Russian summer camps continues. In the Primorsky region, a military-patriotic camp for teenagers called Shturmovik [Assault Trooper] has opened. Children follow a military-style daily schedule, attend classes in basic military training and drone operation, meet with participants in the war against Ukraine, and visit an air force base for career guidance. Organizers describe all of this as part of programs for physical development, health promotion, labor and patriotic education. A summer camp in Perm is offering children aged 8 to 17 a program under the same name, Shturmovik, where they will be taught weapons handling, first aid, casualty evacuation and tactical training in both urban and open-terrain environments. In the Zabaykalsky region, Russia's federal subject, the Energetik camp held drills as part of a Safety Day event, running two scenarios: "armed attack" and "air raid alert."

Longreads

The Insider [independent Russian investigative media outlet] published an investigation into two Brazilian nationals who recruited their fellow Brazilians for contract military service in the Russian army and then pocketed the payments owed to them.